– Я просто не вижу смысла в долгих пререканиях и в хождении вокруг да около.
– А кто говорит о пререканиях? Разве у вас есть ко мне претензии или недовольства?
– У меня лишь одно недовольство по отношению к тебе – Дэмиан перешёл на шёпот – Ты не должна была меня искать и приходить на встречу.
– То есть, вы жалеете о моем присутствии сегодня? Я правильно вас поняла?
– Да… нет… Стефани, все сложно – лицо Дэмиана и его голос стали немного рассеянными и неуверенными, что было не типично для него.
– Если все так сложно, тогда я признаю свою ошибку
– Ошибку?
– Да. Моя ошибка в том, что я искала встречи с вами все это время и в том, что хотела увидеть вас ещё раз. Все это время я мечтала отыскать в вас все того же человека, которого когда-то встретила в Праге на ступенях того злополучного ресторана… – теперь мой голос дрогнул и эмоции дали трещину. Было сложно сохранять самообладание, поэтому я резко отвернула своё лицо от Дэмиана, чтоб он не видел моих истинных эмоций.
– Стефани, ты должна была понять, что я давно уже не тот человек. И в общем уже не человек.
– По мне, так при нашей первой встрече твоя сущность вампира никуда от тебя не делась и была все время при тебе – не знаю почему, но весь мой формализм в одно мгновение спал, и я стала разговаривать с ним в обычной манере.
– Отчасти, ты права, но тогда все было иначе. Сейчас все намного сложнее и не так просто.
– Так объясни в чем сложность? Что могло так поменять тебя? – я резко повернулась к Дэмиану лицом и впилась в него своими карими глазами.
– Ты знаешь, что.
– Нет, не знаю. Ты убил Викторию ради меня, подчинил своих подданных, опять-таки ради меня. Но я не понимаю, почему ты решил отказаться от меня?
– Я решил? – Дэмиан резко вскрикнул, и его лицо исказилось от злости – Ты смотрела на меня как на чудовище, крича и умоляя меня исчезнуть из твоей жизни! Ты испытывала неимоверное отвращение и говорила о том, что никогда не примешь меня таким. Так о чем ты сейчас говоришь?
– Я… я просто… – я вспомнила ту страшную ночь на складе, и все болезненные воспоминания мигом вернулись ко мне. Я уже и забыла, как кричала и отталкивала Дэмиана в тот вечер, поэтому осознание своего же провала болезненно отдалось в моей душе.
– Не я это начал. Это была твоя просьба и твоё решение, а я всегда поддерживаю свободу воли и выбор человека, каким бы тяжёлым он для меня не был.
– Дэмиан, я была не права и совершила ужасную ошибку.
– Нет. Ты была права. Теперь все мы на своих местах и занимаемся тем, чем и должны заниматься. Я теперь буду держать всех под жёстким и пристальным контролем, и тебе ничего не будет угрожать. Ты спокойно проживешь свои шестьдесят лет и проживёшь их полноценно.
– Откуда у тебя уверенность в том, что так оно и будет? Я живу в доме оборотня и в стае, будучи обычным человеком.
– Оборотни не самая плохая и опасная компания для тебя – было заметно, что Дэмиан больше убеждает себя в этом, чем меня.
– Я не согласна с тобой – прошептала я и на моих глазах выступили слёзы – Я не могу чувствовать себя полноценно и счастливо. Я всегда буду отличной от них и до конца не смогу влиться в их общество. Я не смогу быть счастливой без тебя.
– Тебе и не надо этого делать. Тебе стоит оставить все позади и жить обычной и размеренной жизнью самого обычного человека. Это будет самым целесообразным для тебя решением.
– Как ты себе это представляешь? Я делаю вид, что ничего этого не было, что мы никогда не встречались, что я не в курсе обитающей вокруг меня нечисти? Ты так себе это представляешь?
– Я ничего не представляю. Я лишь пытаюсь вразумить тебя и пытаюсь убедить тебя жить дальше и жить нормально.
– Дэмиан, ты серьезно считаешь, что после всего того, что было, я смогу жить нормально?
– Я на это надеялся и до сих пор надеюсь.
– Тогда ты глубоко ошибаешься – меня резко накрыла злость и обида за его непонимание и игнорирование моих слов.
– Даже если и ошибаюсь, это ничего не меняет. Я принял для себя решение с которым буду жить дальше.
–А я вот не принимала никаких решений. Я не хочу оставлять все как есть, и я хочу попытаться помочь тебе прийти в себя.
– Стефани, хватит – Дэмиан резко оборвал меня, а его лицо вновь озарила сильная злоба— Я не хочу этого слышать. Только не теперь.