- Да, только если это достойный мужчина, - резко перебила его я, - жаль, что большинство мужчин перестали добиваться достойных женщин. Они выбирают тех, к которым не нужно прилагать никаких усилий, - едко произнесла я. чувствуя, как болезненно сжалось сердце от правдивости этих слов.

- То же самое можно сказать и про женщин: они любят уверенных мужчин, смелых, свободных от оков и обязательств, свободных мозгами, проще говоря. Мужчин, которые решают, берут ответственность, быстро соображают и не сомневаются, - ледяным голосом произнес он, - но в тот момент, когда этому мужчине нужна маленькая капля поддержки, женщина сбегает, будто её это не касается.

Разговор принял более личный, интимный характер. Он уже никак не относился к первоначальной дискуссии, и понять это не составило труда никому, впрочем, один человек все же оставался в неведении.

- Разве такая женщина достойна любви, достояна клятвы и обещаний? Разве такая женщина достойна того, чтобы ее оберегали и уважали? Может, стоит игнорировать и не обращать на нее внимание? - его голос подёрнулся той самой резкостью, которая заставляла меня чувствовать нервозность.

Друзья сидели за столом и с широко раскрытыми глазами смотрели на нашу перепалку. Никто не смел даже слова проронить.

- Знаешь, в чем проблема таких мужчин? Они настоящие идиоты, - я услышала, как Алекс подавился смешком,

- когда дело доходит до их личной обиды, мы, женщины, держим переживания в себе и пытаемся справиться с болью самостоятельно. В то время, как мужчины перекладывают свои проблемы на всех, у кого есть входное отверстие, пытаясь забыть ту единственную, которую они потеряли по собственной глупости, - Алекс рассмеялся во весь голос, чем заслужил уничтожающий взгляд от брата, - затем они появляются на пороге этой женщины в тот момент, когда их еще помнят, но уже не ждут.

- Признай это, она права, - это были первые его слова для Марка, которые я услышала от него.

- Если мужчина любит - он не будет пропадать и снова появляться, он будет всегда рядом. Женщина будет чувствовать, что она не одна. Если мужчина любит - он не заставит женщину жить ложными надеждами, - меня понесло словно поезд, сломавший тормоза по дороге, - мужчины думают, что женщины любят красавцев и героев, но нет, они любят тех, кто о них заботится.

Только после того, как я замолчала, я смогла разглядеть Марка, который с довольной улыбкой сидел напротив, развалившись на стуле. Он праздновал свою победу. Он смог вывести меня на эмоции, которые я обещала ему не показывать.

- Терять голову от любви и желания, пусть и не долгого все же лучше, чем прожить жизнь в рассудительном одиночестве, - издевался он.

То, как он смотрел на меня, жадно ловя мой взгляд в ответ, это ли не самый сексуальный жест между нами в сложившихся обстоятельствах?

- Или ты никогда не любила? - провокация, на которую я не хотела вестись. Я глубоко вздохнула, прежде чем ответить.

- Я научилась отпускать из своей жизни людей, которых люблю. Мне кажется, если я буду держаться за человека из страха потерять свою любовь, то, в конечном счете, потеряю еще больше.

- И что же может быть страшнее, чем потерять любовь? - неожиданно спросил Марк.

- Потерять себя, - пояснила это так, словно это было очевидно, - это самое страшное на мой взгляд. Ведь тебя любят не за то, как по утрам ты варишь кофе или звонишь по тысячу раз в день. Тебя любят не за что-то, а во имя. Потому не пытайся переделать того, кого любишь, иначе это уже будет не он. Не нужно выбирать человека, основываясь на его ценностях, убеждениях или религии. Главное просто его чувствовать. Каково тебе с ним, как ему с тобой. И, если есть хоть малая капля некомфорта, уходи или отпусти.

Пора было уже заканчивать этот разговор, потому что мы стали привлекать внимание людей за соседним столом, а мне не хотелось быть в центре внимания. Это и так зашло слишком далеко.

- Любовь не насморк, она просто так не проходит, - покачал головой Марк, склонившись ко мне через стол. Он поймал локон моих волос и нежно намотал его на палец. - Ты совсем не умеешь врать, - тихо произнес он. Его рука опустилась в вырез платья и дёрнула за кулон, который всегда висел на моей шее. - Ты можешь упрямиться, сколько хочешь, все равно будет по-моему.