Дэни была уже на пике возбуждения, ей хотелось только одного — чтобы Брэнд заполнил то пустое пространство, которое трепетало от желания внутри ее. Брэнд накрыл ее своим телом и резко вошел в нее. Их губы слились в огненном поцелуе.

— Боже, Дэни. — Он зарылся лицом в ее волосы, вдыхая их неповторимый запах.

Дэни ощущала внутри себя его горячее пульсирующее острие и прогнулась навстречу Брэнду, чтобы полностью вобрать в себя всю мощь его мужской плоти.

Брэнд пошевелился, не выпуская жену из крепких объятий. Он придвинул Дэни к себе и нежно погладил по черным волосам. Он должен ее защитить.

Но как он мог защитить ее от маленького монстра, который был частью его собственной плоти и крови, — монстра, который изводил Дэни своей грубостью и не делал никаких попыток к сближению? Это была его вина, что Ли Энн превратилась в несносного, неуправляемого тирана. Брэнд не знал, куда спрятаться от стыда. Ему следовало бороться за свою дочь, а не оставлять ее на воспитание «милых» бабушек.

Брэнд еще раз напомнил себе, что не любит Дэни, потому что она уже один раз его бросила. У Дэни были причины для того, чтобы заставить Дэйва ненавидеть отца, но она этого не сделала. Она была нежной, заботливой и любящей. Брэнд надеялся, что она останется с ним, и все усилия его матери и дочери не превратят ее любовь в ненависть. Брэнд не мог снова ее потерять.

Он закрыл глаза, прижимая к себе жену. Если бы он мог вечно держать ее в своих объятиях и не подпускать к людям, которые пытались их разлучить. Измученный тяжелыми мыслями, он провалился в сон.

Через три дня Брэнд пораньше вернулся домой, его тренировка закончилась из-за внезапного октябрьского ливня. Из-за ледяного дождя команда не могла тренироваться на открытом поле. Кивнув в знак приветствия миссис Блэр, он быстро прошел мимо комнаты Ли Энн наверх. Ему не хотелось общаться со своей дочерью.

Дэни была в спальне, она заканчивала макияж. Улыбнувшись ее отражению в зеркале, Брэнд наклонился и зарылся лицом в ее ароматные темные волосы.

— Ты куда-то собираешься? — спросил Брэнд удивленно. — Думаю, что в такую ужасную погоду ты далеко не уедешь.

— Я знаю. Но я не могу отложить этот визит. Я возьму такси.

— Я отвезу тебя. — Брэнд начал снимать спортивный костюм. Дэни надела шерстяное платье спортивного покроя и черные туфли-лодочки на высоких каблуках, затем вынула из шкафа серые брюки и темно-синюю спортивную куртку для Брэнда. — Мы сегодня пораньше закончили из-за этого проклятого дождя.

Дэни не хотела ничего говорить Брэнду раньше времени. Но секретарь гинеколога попросила, чтобы она пришла вместе с мужем.

— Я очень рада. Знаешь, они хотели, чтобы ты тоже пришел, но я сказала, что ты будешь на тренировке.

Когда Брэнд надел белоснежную рубашку и начал завязывать галстук в малиновую и синюю полоску, ее сердце затрепетало при виде этого великолепного мужчины, который из всех женщин на свете выбрал именно ее.

Внезапно Брэнд перестал завязывать галстук.

— О нет!

Дэни улыбнулась:

— Что случилось?

— На меня будут таращить глаза сотни женщин на каком-нибудь благотворительном собрании?

— Нет.

— Куда же мы тогда едем?

— К доктору Фарнеру, гинекологу Элейн.

— И они хотят, чтобы я тоже пришел? Что случилось? Боже, скажи мне сразу, что у тебя нет никакой ужасной болезни! — Брэнд выглядел так, будто сейчас упадет в обморок. Потом он улыбнулся: — Дорогая, ты беременна?

— Думаю, что да. Ты не против? — Дэни боялась услышать его ответ.

— Не против? Да я счастлив! — Он выронил куртку, которую собирался надеть, и радостно увлек ее в свои теплые объятия. Потом наклонился и очень нежно ее поцеловал. Брэнд помог жене надеть шубу и усадил в машину, обращаясь с ней так, словно она сделана из чрезвычайно хрупкого стекла.

Сидя в теплом кожаном салоне «феррари» и глядя на серую дымку дождя за стеклами, Дэни подумала, что она неожиданно очутилась в волшебной стране. Сегодня мир казался ей прекрасным, несмотря на осенний дождь. Она молчала, ей не хотелось отвлекать Брэнда, поскольку дорога была скользкой. Кутаясь в мягкий мех норковой шубы, которую недавно подарил ей муж, Дэни думала об их малыше и поклялась себе, что станет настоящей женой и матерью для своей семьи, как этого всегда хотел Брэнд.