Брэнд про себя поблагодарил их чрезвычайно предусмотрительного юриста, который настаивал на этом условии.
— Тебе нравится твоя комната? — Брэнду было интересно, почему Дэйв так долго распаковывал свои вещи, ведь их было совсем немного.
— Супер! У меня никогда не было своего телевизора, тем более собственного видеомагнитофона и компьютера.
Брэнд улыбнулся. Это была отличная мысль — купить сыну все эти современные штуки. Для Брэнда было важно, чтобы Дэйву понравился этот дом, чтобы он чувствовал себя здесь уютно.
— Я ничего не забыл?
— А магнитофон?
— У тебя установлена отличная стереосистема. Ты можешь сам запрограммировать любую музыку, какую только захочешь. — Брэнд показал на огромный блок стереосистемы, который был встроен в стену комнаты, и встал. — Ладно, отдыхай, а если хочешь, можешь сходить посмотреть на лодки. А я поищу твою маму.
Брэнд поднялся по стальным ступенькам на второй этаж, на котором располагался его кабинет и их с женой спальня.
Надежды Брэнда не оправдались, так как постель была пуста. Дэни сидела на балконе и задумчиво смотрела на огромные голубые ели, которые гордо возвышались над кристально чистым озером. Брэнд устроился рядом с ней в полосатом шезлонге.
— Устала, дорогая? — Он нежно убрал черную прядь с ее щеки и почувствовал, как Дэни напряглась от его прикосновения.
— Да нет. Брэнд, тебе не кажется, что ты слегка переборщил с подарками Дэйву? — спросила она.
— Как я мог переборщить? Я всего лишь заказал вещи, о которых, как мне кажется, мечтает любой ребенок его возраста. Что тебе не нравится?
— Все, и особенно телевизор. И компьютер, у которого неограниченные возможности. К тому же почему ты считаешь, что ему необходим личный видеомагнитофон?
— Я думал, ему все это понравится. И ему понравилось.
Дэни покачала головой и с упреком посмотрела на него.
— Конечно, он в восторге. А кому это не понравилось бы? А эта ярко-красная ванна уже была здесь, или ты ее установил специально для Дэйва?
Брэнд не смог сдержать улыбку. Дэни была забавной, когда сердилась.
— Когда я купил этот дом, она уже была здесь.
— Хорошо, — кивнула Дэни, однако в ее голосе проскользнули недовольные нотки.
— В чем дело? Что я сделал не так, Дэни?
— Одиннадцатилетнему ребенку не нужны все эти вещи. Я думаю, ты купил все это только для того, чтобы продемонстрировать нашему ребенку, чего он был лишен все эти годы.
— Да, у меня целых одиннадцать лет не было возможности баловать своего сына, хотя вспомни, кто в этом виноват. Может, я хочу рассчитаться с ним за все эти годы.
— Брэнд, я уже однажды говорила тебе, что Дэйв никогда не голодал. — Дэни пыталась подавить в себе чувство вины, которое она испытывала каждый раз, когда Брэнд напоминал ей, что она из эгоизма скрыла от него рождение ребенка.
— Может быть, он и не голодал, но не пытайся убедить меня в том, что вам обоим не приходилось жить без вещей, в которых вы реально нуждались, — резко ответил Брэнд. Его низкий голос звучал виновато. Как всегда.
— Это не повод для того, чтобы баловать его сейчас.
— Да? А я считаю, что Дэйва просто необходимо немного побаловать, точно так же как и тебя.
Брэнд встал и увлек ее за собой в спальню.
— У тебя есть какие-нибудь претензии, касающиеся обстановки этой спальни? — спросил он, бросая Дэни на середину белого стеганого атласного одеяла, лежавшего на огромной овальной кровати.
— Она несколько великовата, но ведь это и твоя кровать тоже. А я не вправе осуждать тебя за твои желания. — Дэни не смогла сдержать улыбку, когда увидела удивление на лице Брэнда.
— Не обижайся из-за того, что я хочу доставить радость тебе или Дэйву.
Брэнд сжал ее в своих теплых, защищающих от всех бед объятиях. Потом они медленно разделись, покрывая друг друга нежными поцелуями и горячими ласками, и соединили свои жаждущие тела.
— Брэнд? — прошептала Дэни, когда вновь обрела способность говорить.
— Да, дорогая. — Его рука протянулась и прижалась к Дэни, как будто он не хотел разъединяться с ней никогда.
— Мы спорили, да? — спросила она, удивившись тому, что в объятиях Брэнда забыла обо всем. — Ты знаешь, а я сейчас уже и не помню из-за чего.