Резкий порыв ветра от взмаха драконьих крыльев треплет мои волосы, поднимая пышную юбку, как облако выше колен. Мне на всё это наплевать, я иду к своим детям и, увидев, как голова Ария устало высовывается из оврага, ласково зову его:

- Сынок, подожди, мне нужно вам кое-что сказать. Прошу, позови брата. Я не буду вас удерживать, не буду уговаривать оставить отца, я просто кое-что расскажу, пожалуйста, выйдите ко мне на пару минут, умоляю.

50. Попытки спасти

Сыновья внемлют моей просьбе, и устало выбираются из оврага, положив свои золотые головы мне на колени. Я слышу их усталое дыхание, им тяжело, но также я чувствую упрямство, из-за которого они ни за что не бросят своего отца.

- Отдохните немного, хоть ваш папа уже давно там, он сильный и не погибнет так скоро, а вам нужна передышка и помощь, - чувствую, как их тела напрягаются, готовые в любой момент сорваться с места, если я предложу что-то, что им не понравиться. – Риал, Арий, я знаю, что вы тоже очень сильные, и я вижу ваше стремление спасти родителя, но бесконечные полёты вверх-вниз без посторонней помощи в конец вас измотают. Передохните. Отдышитесь. И летите за Муном. Втроём вы наверняка сможете поднять папу.

Я не верю, что говорю это, наверное, было бы лучше попробовать убедить их в том, что спасение обречено на провал, но я не могу этого сделать. Они меня не послушают, будут упрямо пытаться, пока не наступит момент, когда я не дождусь их подъёма наверх.

Молодые драконы переглядываются, издавая странные рокочущие звуки, и, как две выпущенные из лука стрелы, стремительно взмывают в небо. Провожаю их взглядом и вижу, как они разлетаются в разные стороны. Ну вот, втроём они точно его спасут.

Их нет совсем короткое время, буквально через четверть часа на небе уже три драконьих силуэта, которые летят именно сюда.

Смотрю на них и глотаю беззвучные слёзы. Я не могу оставить их без их любимого отца. Он много вложил в них, пока я была в Арагоре, он воспитал из них настоящих героев, с моей стороны было бы великой подлостью откинуть всё это и настаивать на гибели Архиала.

Теперь я уйду, не знаю, куда, но точно не останусь рядом. Может он позволит мне хоть изредка видеться с мальчиками, но я не буду включать упрямство. Кто я сейчас против него. Слабая сошка. Ни магии, ни дара, ни метки истинности. Он сотрёт меня в порошок, правильнее будет исчезнуть из поля его зрения.

Мун с двумя своими учениками ныряет туда, куда они его зовут. Через пару минут на зелёной траве лежит еле дышащий окровавленный Архиал. После долгого нахождения в отравленном ведьмами овраге, он больше похож на мёртвого, чем на живого.

- Мама, пожалуйста, вылечи его, - мои маленькие герои с надеждой смотрят на меня большими драконьими глазами.

- Я больше не имею такой возможности, я лишена дара, - тихо шепчу я им, и два разочарованных взгляда больно режут и без того разрывающуюся душу.

- Что нам делать, Мун, - обращаются они к своему гувернёру, но тот видимо, тоже бессилен и не может ничего предложить.

Вдруг меня осеняет воспоминание, как дракон лечил моего отца своим пламенем.

- Вы должны настроиться на исцеление и вызвать синее драконье пламя, - торопливо рассказываю я им свою догадку. – Драконы умеют это, но как именно вы должны это сделать, я не знаю.

С одной стороны вроде и помогла, даже вселила надежду, но вот как осуществить это двум несовершеннолетним дракончикам, я не знаю.

- А Мун может это делать?

- Мун не золотой, это сможете сделать только вы, но я не уверена, хватит ли у вас на это сил, - пожимаю я плечами и закрываю руками лицо, желая хотя бы немного передохнуть от окровавленного вида своего бывшего истинного.

Считаю до двадцати, открываю глаза и наблюдаю, как мальчишки пытаются друг на друге проверить продуктивность выдоха. Пока пламя красное, а я точно помню, что при лечении оно было синим.

Подхожу ближе к лежащему на траве дракону, опускаюсь рядом с ним на колени и пытаюсь поймать блуждающий взгляд. Мне кажется, что он сейчас в пограничном состоянии, не видит, не слышит, практически не чувствует.

- Мун, помоги перевернуть его на живот, - прошу я гувернёра мальчиков, который уже обратился в человека для удобства.