Пройдя от автобусной остановки коротким путем, я прошагала по узкому переулку между соседскими домами и, вывернув из-за забора, тут же застыла, будто налетела на невидимую стену. Картина, представшая перед моими глазами, была столь устрашающа, что я мгновенно вспотела от ужаса. На дороге, у калитки тетушкиного дома, всего шагах в пятидесяти от меня, стояла огромная черная машина. Такие у меня почему-то всегда ассоциировались с неприятностями.

Но еще больше бед сулили люди у автомобиля, время от времени бросавшие хмурые взгляды на окна моего временного пристанища. Всего их было трое. Вчерашнего своего посетителя я узнала сразу. Сейчас он был чуть бледнее, чем накануне. Видимо, спалось ему все-таки плохо. Эх, неправильно я дозу рассчитала. Нужно было делать чаек покрепче. Чтобы не отпускало до тех пор, пока он адрес Вольдемариной избушки не забудет.

Но не он показался мне самым опасным. Те типы, что стояли рядом по обе стороны от моего знакомого, мне совершенно не понравились. Вот, знаете ли, не мой типаж. Всегда недолюбливала мужчин, похожих на смесь гориллы и стенного шкафа. Как-то не внушали доверия мордовороты, объем бицепса которых больше, чем моя талия. Возможно, неспроста.

Не исключено, что таким образом давал о себе знать дар, о котором любила говорить Вольдемара. А что, держаться подальше от подобных особей мне вполне могла подсказывать интуиция. Жаль, что вчера она смолчала и так подло меня подвела.

Зато сейчас она подсказывала развернуться и припустить обратно. И отсидеться где-нибудь, пусть даже в кустах, пока эта троица не уберется вместе со своим жутким автомобилем. Я бы так и сделала, но увы. Во-первых, судя по выражению физиономий моих незваных гостей, окопались они здесь надолго. И будут стоять, пока их снегом не занесет. А во-вторых, меня уже заметили.

Я решительно выдохнула и зашагала по дороге, размахивая пакетами. Интересно, а у Вальдемары есть какая-нибудь очень успокоительная травка? Или снотворная? Или… Нет, это было бы слишком жестоко. К тому же после вчерашнего вряд ли эта троица будет что-то пить из моих рук. Хорошо еще если не запихнут в машину и не увезут куда-нибудь, как в любимых Вольдемариных боевиках. Ох, зря я это подумала.

Благополучно миновав на подгибающихся ногах страшный автомобиль, я приветливо кивнула вчерашнему посетителю и распахнула калитку:

– Прошу вас.

К огромному облегчению, оба мордоворота приглашением не воспользовались. Они обменялись с моим вчерашним гостем коротенькими кивками и демонстративно отвернулись, как будто договорились о чем-то. Наверное, у них был свой язык, что-то типа азбуки Морзе, но только при участии головы. Надеюсь, они не сказали друг другу: «Если не получится завалить ее самому, мы рядом, быстренько разберемся с мошенницей». Очень надеюсь…

То, что разборок не будет, стало понятно, как только мы оказались в кабинете Вольдемары. Пока гость аккуратно поднимался по скрипучим ступенькам и перешагивал метнувшихся ему под ноги котов, я ловко избавилась от пакетов с покупками, незаметно забросив их на сундук в нише за занавеской у самой двери в избу. И теперь была готова максимально вежливо донести до клиента, что возврат денег в нашем бизнесе не предусмотрен. Так что пусть притащит сюда хоть целый взвод вооруженных до ушей спецназовцев, ничего я ему не отдам. Буду сражаться до последнего. Отдавать-то все равно уже нечего. Разве что платье. Но вряд ли он станет его носить.

Мы прошагали друг за другом в комнатку для посетителей, причем гость буквально наступал мне на пятки, словно боялся упустить меня из виду хоть на секунду, чем жутко нервировал! Попав в знакомую обстановку, он расслабился и уселся в кресло для посетителей, я же с облегчением шмыгнула за тетушкин стол и настроилась на решительную борьбу. Постаралась сделать уверенный вид и на всякий случай придвинула к себе поближе массивный хрустальный шар. Если аргументы гостя примут агрессивный характер, будет чем возразить…

Но мой первый и, скорее всего, последний клиент выглядел абсолютно миролюбиво. Он немного помялся, прежде чем начать, а потом выдал то, что я меньше всего ожидала услышать:

– Спасибо.

– Что? – растерялась я.