— Но, мистер Виндзор, — возразил Маршалл, — .это очень сложное дело. Как я понимаю, книга идет к завершению. Вы очень обеспокоены тем, что она может нанести вам моральный ущерб, и хотите защитить себя. Разве не так? Я могу помочь вам лишь в том случае, если вы объясните мне, в чем дело. Почему вы считаете, что эта книга опасна для вас? Какими источниками располагает автор? Короче говоря, я должен знать, в чем сущность книги. Иначе мы потеряем много времени, а вы.., много денег, уверяю вас.

— Но.., но об этом очень трудно говорить, — неуверенно начал Пирс.

— Что именно Вам кажется трудным, мистер Виндзор? Да, вы крепкий орешек. — «Придется непременно обсудить это с Людовиком», — подумал Николае.

— Кое-что в этой книге может задеть, даже оскорбить меня, — пояснил Пирс. — Но я понятия не имею, что именно и в какой степени. — Он вдруг улыбнулся и смущенно опустил глаза.

Он очень плохо выглядит, подумал Николае. Бледен, истощен, худ.

— Так вы считаете невозможным сообщить мне об этом?

— Я бы не хотел этого делать, во всяком случае, пока. А что вы собираетесь предпринять? И что мне следует предпринять?

— Вот что, мистер Виндзор, — спокойно заметил адвокат. — Вы окружены слухами и сплетнями. Вам необходимо принять меры до того, как выйдет эта книга. В Америке, например, все иначе. Там вам пришлось бы собрать всевозможные доказательства, прежде чем подавать иск.

— Ну что ж, — улыбнулся Пирс. — Я располагаю кое-чем, что свидетельствует в мою пользу.

2. — Не сомневаюсь. Думаю, вам прежде всего нужно встретиться с автором и поговорить с ним прямо и откровенно. Как я знаю, он был вашим другом. На вашем месте я бы попытался убедить его отказаться от этой затеи. Или хотя бы узнать, что он собирается написать о вас. Это было бы неплохо для начала. Вряд ли стоит доказывать вам, что на него необходимо оказать давление. Правда, сомневаюсь, что он пойдет вам навстречу.

Кажется, Магнус получил солидный аванс. К тому же он упрям и намерен довести дело до конца.

— Несомненно, — согласился Пирс. — Э-э-э.., не могли бы вы пойти к нему со мной? Или вы полагаете, что лучше поговорить с ним без свидетелей?

— Думаю, вам следует пойти к нему без меня. Это ведь конфиденциальный разговор, поэтому присутствие адвоката ни к чему. В противном случае мистер Филипс пригласит своего адвоката, и откровенный разговор не состоится.

— Понятно. А что будет потом?

— Если исход вашей беседы будет неудовлетворительным, мы можем потребовать, чтобы он предоставил нам копию рукописи. Впрочем, он, конечно, откажется. Понимаете, мистер Виндзор, если издатель уверен, что все факты, приведенные в книге, правдивы, а все источники надежно проверены, никто не испугается наших угроз.

— Мы можем не прибегать к судебному иску, чтобы избежать публикации книги? Меня это устроило бы больше всего. — Пирс вытер пот со лба. Он еще больше побледнел.

Нет, что-то здесь не так, подумал Николае. Уж очень он напуган. Ему хотелось помочь Пирсу, но он не знал, как это сделать. Ясно было одно: Виндзор страшно боится этой книги, а это означает, что она правдива.

— Мистер Виндзор, суд может наложить запрет на издание книги, если она содержит ложные и клеветнические сведения.

Пирс растерянно посмотрел на него:

— Но если от этой книги пострадает моя репутация и даже, если хотите, жизнь? Если люди поверят ей, никакие деньги, ничто вообще не изменит их мнение обо мне. Это будет непоправимо.

— Мистер Виндзор, с точки зрения закона все выглядит иначе. Суд может запретить издание этой книги, если сочтет, что она бездоказательна.

— Боюсь, этого недостаточно, мистер Маршалл, — сказал Пирс, в отчаянии ломая пальцы. — Грязь, грубо говоря, воняет. Автор книги может выплатить мне огромную сумму за нанесение морального ущерба, но это ничего не исправит. Мы должны сделать все, чтобы эта книга не вышла. Любой ценой.

— Для этого, мистер Виндзор, нам необходимо доказать, что она лжива, а тем самым оскорбительна для вас.

Вот поэтому я и прошу вас рассказать мне всю правду.

Пирс долго смотрел на адвоката, а потом сказал:

— Пожалуй, я начну с визита к мистеру Филипсу. Я пойду к нему один, а потом сообщу вам о результатах нашей беседы.

— Очень хорошо, — согласился тот. — Желаю вам удачи.

— Спасибо, вы очень добры.