Щелчок. Я открываю глаза, встречаюсь с холодным взглядом дракона.

— А ты сильна, — с удивлением сказал он. — Мало кто в первый раз так быстро приходит в себя.

Я подскочила, в глазах потемнело:

— А сказать, предупредить?!

— Дриада, если у тебя нет сил питать башню, зачем растягивать твою агонию? — сухо сказал дракон.

А я дара речи лишилась от его бессердечия. Вот так просто он был готов к тому, что башня выпьет меня досуха! Козёл! В который раз убеждаюсь, что драконы — козлы чешуйчатые! Чтобы их всех троллихи в мужья взяли!

Я не стала скандалить, медленно выдохнула и так же холодно сказала дракону:

— Продолжим.

Ноги были ватные, голова гудела, казалось, что я слышу какие-то голоса, но я упрямо шла за драконом, слушала его объяснения. Очень хотелось его выкинуть из своего теперь уже дома, но нужно ещё узнать историю этого места. Постепенно силы вернулись, но дракону я больше не доверяла.

Почти все этажи были пустынными, без мебели. Только тяжёлые портьеры на окнах, мраморные, покрытые пылью полы и стены, кое-где — картины, портреты или красивые пейзажи с природой и городами.

— Маги живут на самом верхнем этаже, — тем временем говорил дракон, — чтобы не чувствовать туман.

— Туман? Он вреден?

— А ты разве не чувствуешь? — Нард обернулся, внимательно смотря в мои глаза. — Шёпот…

Я прислушалась. Не слышала никакого шёпота. Нет, сразу после того, как башня меня выпила, я что-то такое услышала, но теперь — тишина.

Я покачала головой:

— Ничего не слышу.

— Ты сильна. Но не обольщайся, даже самые сильные через время слышат голос Пустоши. От него не спрятаться даже за стеной из казирита.

— Эта башня из казирита? — Я удивлённо посмотрела на стены.

Казирит был очень дорогим камнем. Мечи из этого камня лучше, чем из самой крутой стали: имеют бесконечную заточку и режут всё. И артефакты выходят из него самые лучшие… Но чтобы вот вся эта громада была из казирита… это нереально. Но дракон утвердительно кивнул. Жесть! Я буду жить в башне, которая стоит несметные горы золота…

Жилой этаж был оставлен довольно хорошей мебелью из тёмного дерева с парчовыми вставками. Комната для сна с огромной кроватью, небольшая кухонька со всеми современными артефактами, комната для отдыха, тут было всё, что душе угодно: музыкальные инструменты, мольберт, стол, заваленный бумагами, и книжные шкафы с книгами. Ну, с тоски не умру, будет чем заняться — уже хорошо. Несколько комнат были просто с голыми стенами. В одной — стойка с мечами и чучело для отработки ударов.

Я оставила сумку в спальне — потом разберу. Кругом пылища, но всё помыть, прибрать — и будет красота. Всё не в шалаше жить.

Мы вернулись вниз, чтобы дождаться Иргу с моим довольствием на месяц.

— Пустошь — это магическая аномалия, дриада. Туман убивает всё живое, не сразу. Разумных оно лишает разума, заставляя убивать себе подобных, животных делает агрессивными, и они уничтожают всех, даже своё потомство. Уже никто не помнит, как она появилась, но всегда её окружали башни, которые поддерживают энергией спасительную завесу. Падёт завеса — туман завладеет всем миром, превратив его в свою Пустошь: без жизни, без ветра, без света, без животных…

— Я поняла, — остановила я дракона. — Почему эта башня находится в самой Пустоши?

— Правильный вопрос, дриада, — дракон подошёл очень близко к краю пятачка перед дверью. — Когда-то, можно сказать, недавно, наш город был пригородом довольно древнего города. В то время правил нами дядя нынешнего императора. Был он довольно разносторонне развитой личностью и, наряду с боевой магией, исследовал Пустошь. Хотел понять, как её уничтожить.

— И что случилось? — уже догадываясь, какой будет ответ, спросила я.

— Пустошь решила устранить угрозу заранее, — сказал Нард и обернулся ко мне. Его маска на лице словно треснула, и на меня посмотрели горящие фанатичным огнём глаза сумасшедшего.

— Как это случилось?