Когда я проморгалась и снова привыкла к полутьме кареты, Маккорн молча вернул мне зеркальце, отвернулся и уставился в окно. Если бы не мракоборцы, которые бросили изображать дремоту, так бы и залупила ему этим зеркальцем!

В довершение ко всем бедам, пока мы ехали до участка, полил дождь. Не знаю уж, как Маккорн снимал проклятие с дома Фэнни, но подозреваю, что обряд очищения такого масштаба уже может влиять на погоду, а значит, в этом тоже виноват природник. Уже на подъезде я зыркнула на него, но Маккорн так и сидел, уткнувшись лицом в окно. Я мысленно пожелала ему ушибить лоб на кочке.

А в участке стало ещё веселее. Уездный мракконтроль – это вам не городской трёхэтажный особняк и не столичная башня. Это домишко, в котором комнат раз-два и обчёлся. И в этих комнатах уже были расфасованы преступница, её мать и служанка, семейство Фэнни и Кларенс, а теперь вот ещё нас подвезли. Доротею, понятное дело, заперли в камере – комнатушке с окном в двери. Мамашу со служанкой посадили в кабинете старшины, где на такой случай запирались все шкафы и ящики. В допросной, собственно, вёлся допрос – только там стояла установка для стенографии. Ну а нас, свидетелей, определили в трапезную – прокопчённую комнату чуть побольше, пропитанную запахом жарёхи, с массивным столом и магической плиткой на подоконнике. Около плитки, обхватив себя руками, чтобы не коснуться ничего в комнате, стоял помещик Фэнни. Рядом на стуле сидела и ревела его дочь. Жена, очевидно, как раз была в допросной. На другом краю стола Кларенс уже разложил документы по вызову и заполнил по крайней мере половину, не теряя времени даром. При моём появлении он встал и улыбнулся, но заметил моё настроение и смолчал. Зато не смолчал Фэнни.

– Это что? – спросил он, оглядывая меня. – Это зачем здесь?

Я не удостоила его ответа, вместо этого подсев к Кларенсу,который так же молча вернулся за стол и пододвинул мне бумаги на подпись. Кстати, стол был совершенно чистый. Некроманты не терпят грязи и беспорядка. А уж что в комнате ни дымохода, ни вытяжки – это к уездному главе вопрос. Они же не маги воздуха.

– Я спросил, какого мрака она здесь делает?! – повысил голос Фэнни. Ни я, ни Кларенс отвечать ему были не обязаны, а удовольствия нам бы это не доставило, поэтому мы продолжили его игнорировать. Я вчиталась в Кларенсово изложение событий.

– А почему нет? – спросил Маккорн. Проклятие, я забыла, что он тоже здесь. И, похоже, вздрогнула, потому что Кларенс посмотрел на меня обеспокоенно.

– Потому что нечего чёрной колдунье делать в одной комнате с моей дочерью! – фыркнул Фэнни.

Я слышала это столько раз, что могла бы ответить за него, но Маккорну это было в новинку.

– Простите, но тех, кого вы называете чёрными колдунами, тут целый участок, – заметил он. – И именно они занимаются тем, что защищают вашу дочь от преступницы.

– Это мелкая шваль, – отмахнулся Фэнни. – Они только и умеют, что бумажки марать. А вот она, – он кивнул на меня, – настоящий разносчик гнили. И я требую, чтобы её держали где-то подальше от приличных людей!

– На каком основании? – спросил Маккорн таким тоном, словно разозлился не меньше моего. Я даже глянула на него исподлобья, проверить. Он стоял, разведя руки в жесте недоумения, слишком размашистом, чтобы быть спокойным, и глаза у него горели нехорошим огнём.

– На основании, что от неё гниль ползёт и может порчу навести! – рявкнул помещик. – У меня ребёнок тут!

Маккорн глубоко вдохнул и с усилием расслабил руки.

– Я вам как магистр магии жизни ответственно заявляю: никакой гнили ни от некромантов в целом, ни от магистрины Маргариты лично никуда не ползёт, – произнёс он рассудительным тоном, но я видела, как у него на виске бьётся жилка.

– Плевать я хотел, что вы там заявляете! – Помещик и правда брызгал слюной. – Давайте уводите её отсюда.

– Я ей не начальник, чтобы приказы раздавать, – сказал Маккорн. Его голос звенел, как металлическая струна, причём не такая, которой музыку играют, а такая, которой глотки режут. Кларенс незаметно тронул меня за руку под столом, а когда я обернулась, глянул вопросительно. Ну и как я ему сейчас тут объясню, чего Маккорна надирает? Можно, конечно, телепатически, но..Мне не очень хотелось.

– Так позовите начальника! – рявкнул Фэнни.