Дух мысленно заскулил, Алонзо взвыл в тон своей паре и только Дэйвенский не забыл, ради чего мы здесь собрались.

— Узрите Силу Богини и милость её! Огонь, что воспылал в священном саду — не кара! Это знак, что Йорона послала нам своё дитя! — торжественно произнёс он.

— Вы это слышали? Каков паразит, а? Пусть ещё скажет, что дерево само загорелось от радости! — мысленно фыркнула Лиса.

А он взял и сказал…

Почти слово в слово. Только приукрасил немного. Да так, что даже я заслушалась. Надо признать, что по вешанью лапши на уши, у Дэйвенского был чёрный пояс и все медали этого мира.

Врал он, как дышал. Завораживающе красиво и сказочно, но сейчас нам это было на руку. Втягивать невиновных прихожан в храмовые разборки я не собиралась, к тому же, наша цель не только Дэйвенский. Нужно вычислить всех его сообщников и узнать, как он связан с Реджиной Альтис.

Я подозревала, что они союзники, но прямых улик не было. И единственный способ добыть их — продолжить играть Амаранту. Поэтому я с невозмутимым лицом слушала наглый трёп архиепископа о «явлении истинной Святой», а про себя горячо молилась, чтобы он поскорее закончил вещать и дал нам возможность приблизиться к дереву.

Нужно срочно «починить» маноотвод, пока Леон и Алонзо ещё могут ограничивать очаг возгорания.

— Дитя, докажи свою Силу, — наконец обратился ко мне Дэйвенский.

Поклонившись, я поспешила в сад. За мной последовали пять жрецов. От их присутствия было не по себе. То ли они просто искренне служили архиепископу и готовы были убить меня, если вдруг совершу ошибку, то ли их тоже поили Чёрной кровью.

— Скорее всего, они отступники, — подсказала Лиса. — Отвергли Йорону и используют демоническую магию, как и Дэйвенский.

— Но это же ересь! — воскликнула я.

— Так и есть, но доказать мы ничего не можем. Во всяком случае, пока, — ответил дух. — Вот соберем улики, и предатели дружно отправятся на костёр, а храм очистится от погани. Думаю, сама Йорона желает этого. Потому и позволила Амаранте переписать прошлое.

Хм… в этом есть смысл. Вряд ли Богиня провернула подобное только ради того, чтобы организовать хэппи энд для Лавьер и кронпринца. Скорее, главная ставка в этой игре — очищение храма от скверны и спасение Беатриче.

— Королева та ещё ведьма, но кто из правителей без греха? — неожиданно произнесла Лиса. — Как владычица Эскарлии, она и правда прекрасна. Когда этот похотливый кобель… то есть, король болел и не лез в управление страной, она много полезного сделать успела. И приготовься колдовать, мы почти пришли.

Это я и без неё почувствовала. От умиротворённой атмосферы, ещё недавно царившей в саду, не осталось и следа. Генерал и архимаг развеяли дым, но давление маны в эпицентре пожара было настолько мощным, что даже мне приходилось нелегко. А ведь я зачинщица! И большая часть Силы — моя.

— Альбина, сперва потуши огонь феникса, — в мыслях раздался голос Леона, — ты справишься, просто не паникуй. Магия огня всегда чутко реагирует на эмоции заклинателя.

А ещё больше она реагирует на одну наглую пурпурную морду.

Я до сих пор не знала, какой пакостью кое-кто снабдил стрелу, что дерево взорвалось вместо того, чтобы тихонько задымиться. Но отступать было поздно. Главное, чтобы дух и в этот раз не напакостил из вредности и жадности.

— Здесь воровать уже нечего, разве только по карманам гвардейцев пройтись от скуки, — лениво отозвалась Лиса. — И вообще, ты за кого меня принимаешь⁈ Я могу себя контролировать. Ближайшие пять минут я паинька.

— Это подвиг, и как ты себя сдерживаешь? — хмыкнула, сосредотачиваясь на пламени.

— Победа придаёт мне сил, — заявила Аша. — Ты же помнишь нашу сделку? Мой план удался, колье у нас, а значит я могу воровать что хочу, и ты не запретишь мне!

— Конечно, нет, — весело отозвалась, — ведь нас скоро расселят и запрещать тебе будет только Алонзо.

Лиса подавилась собственным ядом, но ответить не успела. Я принялась колдовать, постепенно усмиряя пламя феникса. На удивление, это оказалось проще, чем я думала. Магия кулона подыгрывала мне и святая мана источника сама подталкивала огонь к повреждённому дереву.