Я не стала мешать, меня обуревали смешанные чувства. С одной стороны, нас раскрыли по всем фронтам и первичный план провалился с треском. Однако на душе стало удивительно легко. Словно моя магия, по слухам абсолютно неконтролируемая, невольно притянула именно тот вариант, о котором я молила.

Хотя Лиса злилась, её буквально распирало от возмущения. Признание задело её профессиональную честь. Но что поделать?

Я подозревала, что на самом деле все планы разрабатывал Рамон, а Лиса была лишь гениальным исполнителем. Феноменальная ловкость и хитрость позволяли ей воплотить в жизнь любую идею. Но по уровню интеллектуального и психического развития она тянула, максимум, лет на девятнадцать. Хотя я знала, что она намного старше.

Возможно, такой перекос был связан с её пространственной магией и прыжками по мирам?

— Где сейчас настоящая Амаранта? — наконец отозвался архимаг.

— На ментальном допросе, — ответила я. — Специалист из гильдии Чёрного Тумана сканирует её память, выуживает нужные сведения, пароли…

— Я могу присоединиться?

— Нет, — отрезала Лиса. — Я уважаю твои навыки, но в ментальной магии и допросах Мангусту нет равных.

— Допустим, — не стал спорить Алонзо. — Когда будут результаты?

— Если всё пройдёт гладко, то часа через три.

— Отлично! Служба в храме будет в самом разгаре, — оживился дракон.

— Так, стоп! — встрепенулся дух. — Ты же не собираешься тащить Альбину…

— Во время шествия Леон заметил несколько странностей в поведении и состоянии архиепископа Дэйвенского, — перебил маг. — Но без Амаранты, его любимой воспитанницы, будет сложно к нему подобраться сейчас. А к утру следы уже могут размыться.

— Генерал может получить благословение вне очереди, — возразила Лиса.

— Этого мало, и рядом с ним Дэйвенский не раскроется. Зато леди Лавьер — совсем другое дело!

— Он нас моментально засечет даже с твоим артефактом! — запротестовала Лиса. — Мой теневой кокон разрушен магией феникса. Мана Альбины плохо подходит мне, восстановление затянулось…

— Я отдам тебе свою ману, — предложил дракон. — Мы уже выяснили, что её ты прекрасно усваиваешь. За пару часов сможешь восстановить кокон и закончить личину Амаранты. Аура у тебя идеальная, если будешь без маски, сможешь приблизиться к архимагу и займешь место возле него во время службы.

— Погодите, это должно быть очень почётно! — насторожилась я. — Настоящая Амаранта не упустила бы такой возможности…

— Её наверняка приглашали. Когда ваш информатор вскроет её артефакт-хранилище, то найдёт пригласительное письмо, — ответил маг.

— Амаранта могла проигнорировать его ради свидания, — возразила Лиса. — Если она пыталась соблазнить тебя, а затем и генерала по приказу храма, то это гораздо важнее.

— Не факт. Возможно, она изначально должна была привести Алонзо в храм? — предположила я.

— Гадать бессмысленно. Мы не узнаем этого, пока не считаем воспоминания, — ответила Лиса.

— И то верно, — поддержал маг, — но мне очень интересно, как вы планировали обмануть Дэйвенского, душенька моя? Если Амаранта работает на храм, то должна регулярно встречаться с ним, сливать информацию и брать новые задания. Ты не могла этого не знать!

— Утром я смогу использовать Эхо души, — ответила Лиса. — Проще говоря, мы временно свяжем Беатриче с тенью лже-Амаранты. Аура королевы очень сильная, она полностью заглушит нашу печать контракта…

— И метку Жнеца Судьбы, — с улыбкой закончил Алонзо. — Да, это мы с генералом уже поняли.

Ответное молчание Лисы было красноречивым, а взгляд убийственным.

Зато я давно перестала считать голы в наши ворота и просто аплодировала магу, наслаждаясь блестяще разыгранным представлением.

— И давно вы навесили прослушку? — мрачно уточнил дух. — Хочу знать, как низко вы пали и как много слышали?

— Не переживай, душенька. Магия феникса мгновенно сжигает любые сторонние плетения, — заверил Алонзо, — даже наших с генералом сил и возможностей хватило лишь на несколько минут. Просто момент попался на редкость удачный, вас как раз изловил Рамон…

Я прикусила губу, вспоминая весьма красноречивый разговор. Тогда нас прижали к стенке и буквально вытрясли всю душу. Я бы даже сказала — все души.