— Ты хотел обрести Силу? — рассмеялся дух, швыряя меня в самую гущу Тьмы. — Сражайся, Лейк! Стань главной крысой на этой помойке! Сражайся и пожирай тех, кто мечтает сожрать тебя!

— Чезарр-р-ре! — заорал, захлебываясь болью. Я вцепился в горло ближайшему монстру, отрывая ему голову, но в ногу уже впились чьи-то зубы…

— Сдыхай и воскресай, Лейк! Не знаю, как у тебя, а у меня впереди целая вечность. Развлеки меня хорошенько, если хочешь хоть иногда покидать это место.

ГЛАВА 22: Пурпурные Лилии

Через три месяца, Рейвен

Восстановление проходило медленно, тяжело и болезненно. Но ни разу за всё время у меня не возникало даже мыслей о том, чтобы всё бросить и отступить.

И не только из-за мести. Родные и друзья просто не оставили мне выбора.

Команда наотрез отказалась менять командира, они взяли отсрочку от учёбы, перейдя на временную службу в штаб.

Вэй Шу подписал соответствующий указ, даже не посоветовавшись со мной, а сообщить мне эту новость послали магистра Лойгера. Видимо, как самого бесстрашного и бессмертного.

Я кричала и злилась от того, что из-за меня они теряют время и возможности. А после разрыдалась. От щемящей нежности и чувства гордости за то, что мне посчастливилось быть их командиром.

Лойгер стоически терпел, подавая мне сухие платки и вздыхая. Не умел он успокаивать женщин, но главное, что этот суровый и никому не делающий поблажек вояка верил в меня! Это было бесценно и грело душу.

Магистр сильно помогал мне и дело было не только в простых визитах и словах утешения. Он вместе с Лорен Тайлер — магистром Ментальных искусств, помогал мне освоить совершенно новое плетение.

Уникальное, непохожее ни на что и позволяющее управлять не другим магом, а… собственным телом!

Пока выходило плохо. Ходить самостоятельно никак не получалось, зато я могла уже сидеть и двигать головой!

Огромным достижением было то, что рукам вернулась подвижность! По-прежнему оставались проблемы с пальцами, мне сложно давались плетения, требующие быстрой жестикуляции и пасов. Но сейчас и эти результаты казались невероятными.

У меня появилась надежда!

Призвав Дар, я вновь создала ментальные нити, медитируя и пытаясь почувствовать своё тело, чтобы после управлять им словно марионеткой.

Поначалу этот метод казался диким, а сама идея невозможной. Лорен слишком сумбурно всё описала. Она вихрем ворвалась в лазарет сразу после того, как ей пришла в голову эта мысль.

Плетение было сырым, но я зацепилась за эту возможность. Не могла больше просто лежать. Кроме собственного бессилия меня убивало состояние Хель и немая вина в её глазах.

Темный Бог мог сыграть Симфонию воскрешения лишь раз в жизни, но Хель только шагнула за грань, и для неё потребовалось совсем мало Божественной магии. Её тело было слишком крохотным. Поэтому Дамир разделил плетение, использовав лишь часть.

Но даже это ударило по нему весьма сильно, хотя у него ещё осталась магия и шанс вернуть ещё одну душу. А вот на то, чтобы полностью вылечить меня, Силы уже не хватило. Хель узнала об этом, случайно подслушав наш разговор.

Когда я снова смогу ходить, она перестанет винить себя, хотя и сейчас никаких оснований для этого не было.

Если бы не связь с Хель, меня бы просто искали вечность и не факт, что вообще обнаружили. В ущелье была слишком высокая концентрация нестабильной магии, и ни одно поисковое плетение бы не сработало.

Разве что истинная связь могла помочь, но к тому моменту я могла бы умереть, а Симфония Дамира имела строгие ограничения.

Впрочем, сколько бы не думала о случившемся, до сих пор не понимала, за счёт чего я протянула в ущелье так долго?

Артефакт отца, бесспорно, смягчил падение. Дамир принял на себя часть урона, но яд должен был убить меня! Я точно помнила, что Лейк отнял у меня Силу, и не просто забрал ману, он как-то выпил саму Искру!

Видимо, таким образом он и усиливал свой Дар всё это время. Убивая других магов и забирая их способности.

Это многое объясняло, но только не то, как моя магия оказалась в артефакте отца и почему моя Искра сохранилась?

Последнее, возможно, стало результатом воскрешения. Моя магия действительно изменилась и частично слилась со способностями Дамира. Тёмным Богом я, к счастью, не стала, но теперь в моей мане навечно поселилась Тьма.