— Я поклялся всегда защищать тебя, но не сумел сдержать обещание, — произнёс с горечью и подхватил тело Джайны.

Оно было лёгким словно пушинка, а на бледных губах застыла нежная улыбка. Казалось, сестра просто уснула…

— Прости меня и… подожди ещё немного, я скоро верну твою душу в этот мир.

Один раз… Всего один раз за всю жизнь преемник Тёмного Бога может воскресить человека. Не превратить его в нечисть, а вернуть в мир живых и залечить все раны.

— Услышь меня, великая Богиня, — взмолился, подняв взгляд на статую Роксаны, — помоги вернуть её…

Холодный ветер скользнул по коже и цветы на постаменте охватило золотое сияние.

Я призвал остатки маны, судорожно цепляясь за ускользающий шанс. Богиня услышала, и в моих руках расцвела зачарованная роза. Золотая, сотканная из магии жизни и надежды. Но не успел я влить Силу в тело сестры, как услышал за спиной её шёпот…

— Нет… — ответила Джайна, касаясь цветка призрачной рукой и развеивая его в прах. — Нет…

ГЛАВА 9.3

Джайна Лаорра

Смерть стояла за спиной. Не торопила, позволяя проститься с братом и напоследок прошептать “люблю”. Красивый мужчина с белыми как снег волосами и янтарными глазами оказался удивительно тактичным.

Наверное, я была очень хорошим Стражем, если заслужила такой конец.

— Я поклялся всегда защищать тебя, но не сумел сдержать обещание, — услышала голос брата.

Низкий и сиплый от боли, ранящий в самое сердце.

Не знала, что призраки могут так сильно тосковать. Без чувств мне было бы проще, но я благодарила Богов и Смерть, что оставили мне эмоции. Я хотела унести их с собой вместе с воспоминаниями. Словно драгоценный жемчуг, нанизанный на нить моей судьбы.

— Прости меня и… подожди ещё немного, я скоро верну твою душу в этот мир, — прошептал Дамир.

В груди снова кольнуло. Я очень хотела вернуться, но не могла. Брат не знал всей правды.

Нерушимый барьер можно создать лишь ценой чужой души. Сильной и светлой, уходящей добровольно ради того, чтобы другие могли жить. Её скорбь должна слиться с заклинанием Мастера и клятвой духов, которых Альсавейг замуровал в Первой Стене.

Часть моей души навечно останется с этим миром, и если Дамир вернёт меня, спасительный барьер рухнет в этот же миг.

— Услышь меня, великая Богиня, помоги вернуть её…

Постамент Роксаны охватило золотое сияние и в руках Дамира расцвела роза жизни.

Я замерла, любуясь ею всего мгновение. Такое короткое, и в то же время вечное. Оно навсегда врезалось в мою память.

Любимый брат, я никогда не забуду, на что ты готов был пойти ради меня…

— Нет… — я подлетела ближе, обнимая Дамира со спины и касаясь цветка призрачной рукой. — Нет…

Вспышка! Лепестки поглотило чёрное пламя…

Дар Тёмного Бога, только он был способен вернуть меня к жизни, забрав взамен часть души и магию Дамира.

— Прости меня, брат, но я не приму этот Дар, — с горечью прошептала. — Ты должен жить за нас двоих. А меня ждут другие миры.

Я обняла его, закрывая глаза ладонью и не позволяя увидеть, как осыпаются пеплом последние лепестки, а вместе с ними и его надежда вернуть меня.

Прости… Тебе ещё пригодится этот Дар, чтобы спасти душу, в сотни раз ценнее моей.

— Я очень сильно люблю тебя, — прошептала, — ты был для меня семьей и целым миром. Живи, молю, и не горюй о том, чего не вернуть. Будь счастлив, а я… обещаю обрести счастье в другом мире.

— Джай…

— Мы встретимся! Однажды мы снова встретимся и станем семьей. Я верю в это.

— Почему?! Почему ты…

— Так нужно. Ты скоро сам всё поймёшь. Я не могу сказать, но это будущее уже не изменить, — сбивчиво прошептала. — Мне пора. Смерть дала мне мало времени, чтобы попрощаться.

Скоро и я стану Смертью. Тот мужчина с янтарными глазами предложил мне контракт, и я не стала отказываться. Я буду его ученицей, а после сменю на посту его друга.

— Прощай и прости… — прошептала, в последний раз обнимая Дамира. — Рейвен позаботится о тебе. И ты береги её. И защити Райана, прошу. Он станет замечательным императором. Величайшим за всю историю Эленвара…

— Ты жестока… — с горечью ответил брат. — Почему раньше не рассказала о будущем?! Если ты знала, если….

— Я не могла! Печать молчания не позволила бы раскрыть всё. Поверь, других вариантов не было, — соврала.

Были… Только в них умирали все, кого я люблю.