Чёрт возьми… эти идеальные розовые губы стояли перед моими глазами. Она слегка высунула язычок и облизала им пересохшие губы, и тогда я пропал. Я старался сдержаться, сопротивляться ей. Но, о господи, я всего лишь человек. Когда такая сексуальная и изысканная женщина целует и обнимает тебя, ты не можешь оттолкнуть её. Когда я проник языком в её рот, это было самое сладкое ощущение, что я когда-либо испытывал. Когда она тихонько простонала… как я уже сказал, я безнадёжно пропал.

Больше это не должно было повториться. Я любил свою работу и не собирался по глупости подводить единственную наследницу семьи Валон.

К тому же она сильно запуталась, пока искала причины и оправдание смерти своих родителей. А теперь какой-то мерзкий тип отправлял ей зловещие письма и записки. Кто, чёрт подери, это мог быть? Я не был бойцом, но меня учили обращаться с оружием, на моём счету была пара потасовок. Я не считал мужчинами тех, кто угрожал женщинам, прячась за компьютерами и записками.

Её частному детективу надо было найти этого психопата и как можно скорее. Не было доказательств того, что он связан с пожаром, но, готов поспорить, он был замешан в этом.

Камилле стоило обратиться в полицию, чтобы они могли обеспечить ей защиту. Но… она была права, утверждая, что они не продвинулись далеко по этому делу. Сэмюэль держал меня в курсе; казалось, полицейских, занимающихся расследованием, жутко раздражали всюду снующие журналисты, и они просто хотели поскорее закрыть это дело. Я лишь надеялся, что этот коп Уэллс может сделать больше.

Бросившись на кровать и переключив на первый попавшийся спортивный канал с хоккеем, я улёгся поудобнее и постарался не думать о том, как бархатные губы Камиллы Валон приближались к моим.

***

Стараться не думать о наследнице Холлис Хаус оказалось пустым занятием.

Понедельник. Я проснулся рано утром, напряжённый, как струна. Мне снилось, как Камилла, обнажённая и влажная, извивалась подо мной. Её сливочно-нежная кожа, сверкающие зелёные глаза… мне пришлось принять ледяной душ, чтобы отогнать эти мысли прочь, но даже после этого возбуждение не покидало меня. Мне пришлось взять себя в руки и мастурбировать до оргазма, испачкав чуть ли не половину душевой кабины.

Теперь мне предстояло провести целый день в Холлис Хаус. С ней.

Понедельник всегда был ответственным днём: я составлял заказы, встречался с каждым членом персонала и устранял любые неполадки, если таковые имелись, а в таком большом доме, поверьте, всегда находились проблемы, которые необходимо было решать.

По дороге я заскочил в кафе «У Арчи» и взял себе сэндвич с кофе. А так как Камилла не покидала поместье уже месяц, я взял ещё булочку и капучино для неё — ничего особенного, но мне не хотелось, чтобы она чувствовала себя обиженной и отвергнутой мной после того, что было в библиотеке.

Когда я, наконец, подъехал, дом уже переполняла суетливая обслуга. Ландшафтные работники были на месте, расчищая тропы и подъездную дорогу к дому от белоснежного снега, выпавшего за ночь. Снег в Апстейт Нью-Йорк как солнце в Калифорнии — мы живём с ним, не замечая его существования.

Бригада наземного обслуживания убирали сады и ухаживали за лошадьми, которых мы здесь держали. Если кому-то из гостей или членов семьи Валон захочется прокатиться верхом, лошади были всегда готовы.

Сьюзи на кухне составляла меню на неделю и подготовила для меня список продуктов, которые нужно было заказать.

— Пойдёшь проведать её? — спросила меня Сьюзи, нарезая овощи и в удивлении приподняв брови, и, возможно, я вёл себя не так профессионально, как думал.

— Кого, Камиллу? Зайду к ней узнать, не нужно ли ей чего заказать, — ответил я, взяв что-то со стола и стараясь казаться беззаботным.

Сьюзи, вздыхая, положила нож.

— Послушай, Нейт… ты мне нравишься. Ты чертовски хороший управляющий и замечательный человек. Но я буду честна с тобой, я не раз влюблялась в своих работодателей, чёрт… и даже больше, но это всегда плохо заканчивалось. Для обеих сторон. Просто будь осторожен, если собираешься делать то, о чём я думаю.

Её слова глубоко вонзились в меня, я лишь кивнул ей в ответ и вышел, размышляя над тем, что она сказала.