Люди вроде Гарольда Грубмана были необходимыми мерами на пути к вершине. Но Гарри был не из тех людей, которые идут с тобой по жизни, если ты в них не нуждаешься. Бо сунул руку в карман и попятился.

— У меня есть ваша визитка.

Глава вторая

Бо до самой ночи гулял по центру города. Его сердце работало на износ, ускоряясь каждый раз, когда он думал о той возмутительной сумме, которая просто разорвёт его банковский счёт в полночь. Это было похоже на перерождение. Ему подарили вторую жизнь. Жизнь, которую он заслуживал.

У него всегда был план, ибо визуальное представление очень важно. Бо взглянул на ряд небоскрёбов, чьи прямоугольные огни зажигались с наступлением ночи. Важные люди были там. В течение нескольких лет парень представлял себя на их месте под самыми облаками, погружённым в работу. На следующей неделе он подумает над переездом из своей квартиры в другую, желательно расположенную наверху — над городом. Во время одного из его упаднических настроений, Бриджит отвезла Бо на Голливудские Холмы, чтобы выбрать дом мечты, их мечты. Надо признать, этот простой жест сгладил разочарование, свалившееся на парня в тот день, каким бы тяжёлым оно не было. Может, он купит тот дом.

Бо остановился у таксофона и вытащил из кармана бумажник. На всякий случай у него всегда был запас наличных. Сегодня он составлял двести долларов и четыре кредитки, которые были уже не слишком-то полезны. Он задался целью, прежде чем его накроет целое состояние, до конца ночи вычистить свой бумажник. Бо хотел начать всё с чистого листа.

Парень поднял трубку, опустил в монетоприёмник пятьдесят центов и набрал номер матери.

Она сняла трубку после первого гудка.

— Алло?

— Мам.

— Бо. Это ты? — она глубоко вздохнула. — Как ты?

— Хорошо.

Оба замолчали. Бо, по правде сказать, не знал, как начать разговор.

— Та сделка, о которой я рассказывал тебе...

— Я знаю. Помню. Встреча была сегодня.

— Да. — Теперь он привлёк её внимание. — Она уже закончилась. — Бо перевёл взгляд на свои туфли. Он до блеска начистил их ещё перед обедом, и сейчас они отражали свет витрины магазина позади него. — Мам?

— Всё, как ты говорил? — протараторила она вопрос. — На самом деле? Потому что женщины в офисе не верят и угрожают отправить меня в психушку.

— Нет, точнее, да. Это правда. Я стал... — Бо замолчал, в горле пересохло. Он ещё ни разу не произнёс этого вслух. Визуальное представление это одно, но Бо не любил опережать события. Теперь же это был свершившийся факт. — Я стал мультимиллионером.

Она громко вздохнула, будто не дышала весь разговор.

— Ну, скажи, пожалуйста. Я вырастила мультимиллионера.

Бо воздержался от заявления, что он сам себя вырастил. Возможно, ещё Бриджит мотивировала его в тёмные часы отчаяния. Желание дать своей матери лучшую жизнь, несомненно, являлось огромным импульсом сейчас, как и тогда. Но он всего добился сам. Никто и ничего не делал за него.

— Где ты сейчас живёшь? — спросил он.

— Снимаю квартиру на Венис Бич.¹ Должна буду выехать в течение лета. Аренда постоянно растёт, знаешь ли.

— На Венис? — парень нахмурился. — До работы долго ехать?

— Слишком долго.

На долю секунды он прикрыл глаза, благодаря Бога в который раз за этот день. После того, как мать растратила наследство Бриджит, они больше не были близки. Но это не означало, что он не будет заботиться о ней до конца, тем более теперь, когда у него появилась такая возможность.

— Тебе больше не нужно об этом беспокоиться, мама. Ты можешь поехать куда захочешь.

— Мне никогда здесь не нравилось.

— А куда ты хочешь? Выбери любое место на карте. Греция? Рим?

Она фыркнула.

— Ты говоришь сейчас, как сам знаешь кто, да? Америка — мой дом. Никогда отсюда не уеду.

Бо точно не знал, кого она имела в виду, но был уверен, что это один из двух знакомых ему иностранцев. Скорее всего, она говорила о его отце — французе, который слишком сильно любил свою страну, и в итоге погиб там, в автокатастрофе, со своей любовницей. Хотя это так же могла быть и Бриджит, дочка любовницы его отца, которая бросила свою жизнь в Париже, чтобы быть ближе к Бо, к единственному человеку, которого считала семьёй.

Он сменил тему. То, что мама воспитала их обоих довольно серьёзный аргумент.

— Нью-Йорк очень популярен.

— Слишком многолюдно. Не хочу больше жить в мегаполисе.