Конечно, это все его перекореженные программы и протоколы с результатами саморазвития. Вот только, не получается относиться к нему как к простому роботу. Наверное я его слишком очеловечиваю, но трудно не делать этого с тем, кто готов закрыть тебя собой. Просто не могу иначе и все тут. Может, все дело в отце? Эта его идея создать полноценный искусственный интеллект. Превратить бездушное железо в нечто иное. Научить машину понимать красоту, чувствовать, творить и любить. Когда вспоминаю, как он об этом говорил, как он в это верил, как у него горели глаза. Бездна, ну почему он не дожил? Почему не увидел Сайбера?! Вот то недостающее звено, что, возможно, дало бы ему подсказку. Помогло осуществить мечту.

«Дамы и господа! – завопил комментатор, сбивая меня с мысли. – Я представляю вам, вашего любимца – Мо-о-орррок!». Посмотрев на арену, закусила губу. На нее вышел настоящий боевой дрон.

Приземистый крепыш на четырех лапах, обеспечивающих ему отличную устойчивость, хорошую маневренность и возможность передвигаться по вертикальным поверхностям из камня. Впрочем, последнее вряд ли актуально в условиях Арены, но механизм крепления к камню можно и в качестве оружия использовать.

Верхняя часть Морока представляла собой пародию на человеческий торс. Такая себе половинка горбуна, облепленная броней. Судя по вороху «усиков», в спине прятался генератор суспензионного

поля. Возможно самодельный. Это силовой щит можно купить. Дорого, но подъемно, правда, его и повредить легко, рама с излучателями ничем не прикрыта, а вот направленное поле придется обходить или пробивать, а ведь на плечах крупнокалиберные пулеметы. Наверняка они окажутся за пределами поля и смогут вести обстрел. Еще и плазменный резак в левой, с клешней в правой на достаточно длинных манипуляторах. Это явно не просто так.

Следом за машиной показали его владельца, с пультом управления на шее. Андре Хай приветствовал публику. Кривлялся, слал воздушные поцелуи и раскланивался. Пульт – это хорошо. Управление можно перехватить. Правилами, понятно, запрещено, но хоть помехи поставить и то дело.

«Дамы и господа, представляю вам новичка на нашей арене! Встречайте! С-с-с-а-а-айбер!!!» – прокричал, явно находящийся сегодня в ударе комментатор. Большинство присутствующих взорвались свистом и криками. Многие не стеснялись в выражениях. Еще бы, ведь закованный в тяжелый рыцарский доспех робот чуть не растянулся еще при восхождении по ступеням.

Сидящий за спиной и чуть правее мужик злобно выругался, проорал непристойностей и смял пласткарту. Видимо, он поставил на нас деньги и только что лишился хорошего куша. «Ну и дурак», – усмехнулась, проследив за полетом клочка пластика в сторону арены. Мне стало смешно и спокойно. С чувством полнейшего превосходства, оглядела трибуны и демонстративно откинулась на спинку кресла. «Пожалуй, мало», – подумала и тут же зевнула, с небольшим запозданием прикрыв рот ладошкой. Вот так-то, знай наших. В волнах негатива, гуляющих по трибунам, отчетливо слышался диссонанс.

«По условиям поединка, победитель получает трофей!» – слегка растерял энтузиазм комментатор и покинул центр арены. Как только он переступил условную черту-границу, заработали эмиттеры суспензионного поля. Дымка защиты накрыла поле боя. Видимости оно не мешало, но безопасность гарантировало. «Начали!» – проорал комментатор, а я скрестила руки на груди и зажала их подмышками. Нельзя грызть ногти на людях. Не после того, как сделала это перед камерами.

***