Мне же хотелось огня, феерии, взрыва эмоций. Но даже в столице найти все это было не так-то просто. Все сайты для туристов предлагали стандартный набор развлечений: музеи, аттракционы, рестораны..

Даже парки, пользовавшиеся когда-то дурной славой, не внушали мне оптимизма. Это раньше по их тропинкам могли свободно разгуливать какие-нибудь зловещие призраки или более-менее сексуальные маньяки. Но, увы, яркая иллюминация, не угасающая до утра, не оставила им ни одного шанса на выживание.

То есть не «увы», конечно. Навели порядок и хорошо. Хорошо всем, кроме наделенной особым даром и чертовски привлекательным куратором молодой ведьмы.

Я быстро пролистала на экране ноутбука очередной сайт с перечнем туристических достопримечательностей, тяжело вздохнула и уже хотела его закрыть, как вдруг прямо посреди открытой странички вспыхнул огонь, как-то сразу вдруг навеявший мысль об адском пламени. Огонь, конечно, был не настоящий — так, очередная анимация, хотя и реалистичная настолько, что я инстинктивно убрала руки с клавиатуры.

Огонь тем временем погас, а на его месте осталась надпись: «Приглашение на шабаш. Только для Избранных. Почувствуй ночь в крови».

Поколебавшись пару секунд, я кликнула по кроваво-красным буквам. Присвистнула от высветившейся цены, но тут же вспомнила количество нулей на моем банковском счете и без колебаний нажала «оплатить». А вдруг это было то, что мне надо?

В конце концов, высокие технологии вполне могли проникнуть и в мир ведьм. Перечисляют же мне ведьминскую зарплату на карточку, почему бы на шабаш не приглашать через интернет? А мне очень любопытно взглянуть, что там творится у других ковенов и прочих ведьминских ячеек. Может быть, есть места получше, чем организация холодной стервы Илоны. Может, и дела у них поинтереснее.. А я ведь даже не изучала этот вопрос, согласилась на первое же предложение!

«Добро пожаловать в клуб избранных, — прочитала я. — Назови на входе кодовое слово „удовольствие“ и наслаждайся магией ночи».

Ниже шел адрес, отправиться по которому мне уже не терпелось.

⁂

Спустя пару часов мы с Демьеном сидели на заднем сиденье такси, вглядываясь в непроглядную темень.

— У черта на куличках, — пробурчал водитель, останавливая автомобиль в узком переулке, будто бы напрочь забытым властями и коммунальщиками столетий этак пять назад.

И, хотя его мнения никто не спрашивал, замечания я решила не делать. Очень уж мне понравилось его сравнение. Оно добавляло пикантности этому многообещающему приключению.

— Ты уверена, что правильно назвала адрес? — с сомнением спросил Демьен, когда такси со свистом развернулось и стремглав исчезло из зоны видимости.

Наверное, он имел право на некоторые опасения. Дом с нужной нам табличкой мало был похож на обитаемый. Кирпичные стены с потрескавшейся штукатуркой выглядели безжизненными, сквозь окна не пробивалось ни лучика света, а из-за наглухо закрытой двери не доносилось ни звука.

Однако меня это не смущало.

— Не так много у черта куличков, чтобы ошибиться, — усмехнулась я.

— Не сомневаюсь.. Но если нам тут не понравится.. У тебя есть план «Б»? Потому что у меня есть.. — многозначительно добавил он.

Голос его звучал так соблазнительно и бархатно, что план «Б» созрел у меня незамедлительно. Более того, я уже была готова отказаться от плана «А». Потому что сейчас, в серебристом свете луны, колдун казался мне прекрасным как никогда. Призрачные блики оттеняли бледность его кожи, рассыпались сверкающими искорками в седой прядке волос, выбившейся у виска.

Не сдержавшись, я провела рукой по его лбу, чтобы убрать ее. Кожа Демьена была прохладной, но кончики моих пальцев словно обожгло, едва я дотронулась до нее.

Дыхание предательски сбилось.

— У меня много планов, — ответила я отчего-то вдруг ставшим хриплым голосом.

Глаза куратора сверкнули как россыпь бриллиантов и, не говоря ни слова, он обнял меня за талию и притянул к себе. Я обвила руками его шею и потянулась к губам. Еще чуть-чуть, и я могла бы почувствовать их вкус, по которому, черт побери, так истосковалась.

Но лишь только его легкое дыхание коснулось моей щеки, как дверь, казавшаяся затворенной навечно, скрипнула и открылась. Луч вырвавшегося из-за нее света безжалостно разрушил серебристый морок лунной ночи.