«Хватит, Ливан… Отпусти ее! Отстранись!»

Но я не мог… Не мог прервать это безумие, вновь и вновь впиваясь жадным, я бы даже сказал, агрессивным поцелуем. Сходил с ума от ее близости. Казалось, что в одно мгновение из меня вырвались все эмоции и чувства, дремлющие до этого момента.

Ракель запустила пальчики в мои волосы, сжимая их на грани боли и с силой притягивая к себе. По коже бежали волны блаженства. Я был настолько возбужден, что еще немного и контроль полетит далеко и надолго. Мне хотелось еще и еще. Хотелось сжимать принцессу в своих объятиях и слышать, как она стонет от моих действий… Я желал ощутить ее… Ее всю… Вонзить пальцы в подтянутые, девичьи ягодицы и резко дернуть их на себя, чувствуя, как моя возбужденная плоть медленно проникает в желанное тело…

Рука спустилась на поясницу демонессы, сталкиваясь с резинкой трусиков, и Ракель чуть приподнялась на цыпочки, тем самым намекая, чтобы я скользнул конечностью ниже…

«Боги… остановите меня…» – билась угасающая мысль в голове.

Никогда ранее я не испытывал ничего подобного, но и запретов передо мной не стояло. Брал любую, какую хотел. Но не сейчас…

«Она сестра Лэра! СЕСТРА ЛЭРА! Приди в себя!» – верещал в голове голос, на который я уже не реагировал.

Не раздумывая проник в трусики рукой, сжимая пальцами девичью ягодицу и шумно втягивая носом воздух.

– М-м-м… – вырвалось мне в губы со стороны Ракель, которая не меньше моего пребывала в состоянии исступления.

Моя мокрая рубашка была вытянута из-за пояса штанов, и пальчики принцессы ловко проникли под нее, слегка карябая спину острыми ноготками.

«Безумие… Это самое настоящее безумие!»

Дернул ее высочество за привлекательную задницу, вжимая в свой пах. О ласке и речи не могло идти, на нее не осталось ни сил, ни желания. Только страсть и всепоглощающая потребность обладать этой девушкой, которая дышать спокойно не давала.

Ракель задрожала, снова издавая стон.

«Ты получишь… – шептал я словно в бреду. – Получишь, что хочешь! Твоя взяла! Но больше не подходи ко мне! Никогда!»

Сместил руку на ее живот, скользнув ею вниз, к развилке между стройных ног.

Принцесса затаила дыхание замирая, когда я отодвинул ткань трусиков и коснулся того, чего совершенно не должен был.

Грубо дернув демонессу за затылок, агрессивно проник языком между ее губ и принялся шевелить пальцами, понимая, что вскоре мне будет очень плохо, ведь ни о каком проникновении, на которое надеялась эта бессердечная, даже речи быть не могло.

Ракель учащенно задышала, хватаясь за мою талию, пока я бесстыдно ласкал ее рукой.

– Ливан… – выдохнула она, разрывая поцелуй и чуть откидывая голову назад, когда я ускорил движение пальцами. – Я сейчас… сейчас…

Смотрел на ее закрытые глаза и слегка припухшие от поцелуев губы, понимая, что еще пару движений и принцесса разобьется в моих руках на множество осколков наивысшего удовольствия.

Движение… еще одно… палец чуть сместился, немного проникая в тело сестры моего друга, и вот она задрожала, издавая громкий стон наслаждения.

Прижав ее к себе, позволил уткнуться носом в свою шею, ненавидя себя и ее в этот момент. Себя за то, что уступил, за то, что так легко сдался, за то, что не хватило сил поставить ее принцессность на место! А ее… Ее за то, что заставила потерять себя прежнего! Заставила быть другим! Чувствовать себя другим!

«Мне этого не надо! НЕ НАДО! Я не хочу что-либо к ней испытывать! НЕ ХОЧУ!»

Тело было натянуто, словно струна. В области паха ощущался дискомфорт, ведь на протяжении нескольких дней у меня никого не было, а Ракель только и делала, что сводила с ума!

Когда дыхание ее высочества восстановилось, я холодно отстранился от нее, смотря в затуманенные удовольствием глаза.

– Ливан… – протянула она руку в мою сторону.

– Одевайтесь! – прервал ее я, сгорая от желания прижать эту сумасбродку к гладкости камня и без всяких прелюдий овладеть ею. Резко, одним толчком проникая до предела... – Мне удалось удовлетворить вас? – смотрел не отрываясь, замечая в ее взгляде… что? Стыд? Да быть того не может.

– Ливан, я…

– Судя по всему удалось! – вырвалось горькое хмыканье из моей груди.

Злость… она съедала меня изнутри, распространяя под кожей свои щупальца, больно оплетающие душу.