Маг устало прикрыл глаза, а затем без слов очень быстро стянул руки Эстель верёвкой. Её возмущенный крик прервал кляп. Не церемонясь, довольно грубо ей запихнули тряпку в рот. Сцена выглядела до дрожи неприятной. Магу было совершенно всё равно, что перед ним, нет, не герцогиня, девушка.

— Мариша!

Я вздрогнула от этого окрика и неосознанно втянула голову в плечи. А маг стремительно обернулся ко мне.

— Иди сюда. Мариша, не мотай головой. Лучше подойти, пока я тебя об этом прошу.

Медленно встала, от усталости немного водило, но я старалась идти ровно, ещё подумает, что у меня коленки дрожат. И что, вообще, это значило, пока меня просят, а что было бы, если бы не пошла? Хотя нет, знать не хочу. Уж слишком у мага красноречивый взгляд.

— Сядь. Нет, ближе к Эстель.

— Эй, что вы делаете? Меня-то зачем связывать?

— Для душевного спокойствия, — не обращая внимания, маг стянул запястья, а в довершении ещё просунул веревку между мной и герцогиней, как у каторжников.

— Для этого есть зелья и настойки, — постаралась пошутить, но маг так посмотрел, что я прикусила язык.

Отвернувшись, он чуть не сплюнул себе под ноги:

— Ведьмы.

После чего его спина быстро растворилась среди суеты организующих лагерь наёмников.

Глава 17

Спустя всего два часа и полтарелки каши мы шли в обратном направлении. Нас было немного. Кроме главаря и Билла, ещё двое наёмников и пленники — Эстель с Люком. Меня развязали, но сделали это неохотно, более того, маг теперь шёл рядом и изредка бросал косые взгляды. Чтобы быстрее добраться в город я выбрала самую короткую тропинку. Но перед тем как ступить на нее, маг отправил вперёд ведьмака. И если сначала я не поняла манёвра, то когда наш пленник задергался и попытался незаметно что-то обойти, все встало на свои места. Главарь просто толкнул Люка вперёд, и его знатно приплюснуло к земле. Сработала ловушка. Ведьмак, несмотря на кровь, нехорошо улыбался, видимо, предвкушая, как нас так же где-нибудь приложит. Но после обещания главаря пустить его вперёд, чтоб не тратить силы на поиск ловушек и обезвреживать уже по факту, стал сговорчивее. Нехотя рассказал, где и что обходить, но всё равно иногда главарь толкал его вперёд, когда в чём-то сомневался. Так и шли, мы с главарём и Люк, за нами все остальные.

Люди были измотаны, но старались не жаловаться. Билл часто подходил и спрашивал как я, даже сунул мне какой-то сухарь. Сам при этом выглядел не лучше главаря — бледный, с ввалившимися щеками.

В лагере, после того как всё утрясли, а с меня, чтоб поела, сняли верёвки, он постоянно был рядом. Просто подошёл, обнял, до треска косточек и не выпускал минут пять. Если бы не слабость, я бы ему напомнила, что к ведьмам без спроса лучше не приближаться. Но, мне кажется, он бы всё равно не послушал. Усадил на тёплое бревнышко, принёс миску с кашей и начал выспрашивать, куда нас забросило. Пока я ела и коротко рассказывала о том, что случилось, просто сидел рядом и смотрел с еле заметной улыбкой. Его каша остыла, а он всё смотрел и улыбался. Такое беспокойство о какой-то на самом деле малознакомой ему ведьме трогало, так что я тоже улыбалась и задавала вопросы. Оказалось, что они почти не получили травм и ещё до того, как магия начала тянуть Билла в определённом направлении двинулись вперёд по всё той же дорожке. Поэтому и пришли быстрее, чем рассчитывали.

Когда объявили сбор, он сам напросился идти обратно в Эстекс. И сейчас был единственный в приподнятом настроении, одни великие ведьмы знают почему. Остальные шли, мрачно взирая вперёд, в том числе я.

Не останавливались мы до глубокой ночи. Ног я уже не чувствовала, но так хотелось домой, что была готова идти сутки напролёт. На привале все быстро улеглись. Маг просто упал, крикнув Биллу, что тот дежурит первым. Тихонько вздохнула, с одной стороны, хорошо, что главарь пока как бы забыл о моём существовании, а с другой — было грустно. Неприятно, когда на тебя так демонстративно не обращают внимания. Тем более, мне очень нужно было поговорить с ним. А он то спал, то распоряжался, то вокруг было слишком многолюдно.