Элэй шумно выдохнул, потом просто подхватил мою руку и повел дальше, больше мы с ним не разговаривали. Наверно, каждый остался при своем мнении. Он считал, что я должна стать его женой. Я поняла, что озвучивать ему свои решения нужно издалека. Я ведь не отказываюсь от поцелуев, если ему нужно это, чтобы выжить, я не убийца, мне даже нравится с ним целоваться, но выйти замуж… это уже другая история.

— Так что вас привело ко мне Ваше Высочество?

Артефактор пытливо рассматривал нас через свои окуляры, окуляр вжикал и словно подзорная труба, чуть выходил вперед, а потом вновь уходил внутрь механизма.

— Юлья представляю тебе магистра Науса, придворного артефактора, это ардина Юлья моя арайна, — напряженный Элэй представил нас другу другу и подвел меня к артефактору, — лекарь нашел у нее дар.

— Дар? Очень интересно! У арайны не может быть дара. Что же вы хотите от меня?

— Понять, что за дар и почему ее переносит ко мне.

Наус пригласил садиться в удобные кресла. Его приемный зал был прост, без роскоши и вычурности, какие присутствовали в других залах дворца. Темные стены из серого камня без украшений. На одной из стен висит доска, на которой, что-то начерчено белым мелом. Пара столов, на которых стоят приборы, а третий заложен горой свёрнутых свитков. В пустом углу стоят парочка кресел и длинная скамья. Сидеть на скамье пришлось Элэйю.

— Сначала расскажите мне все с того момента, как появились в Туманном лесу ардина, — попросил меня артефактор. — Все, что случается в Туманном лесу может быть важно. Ведь в день проклятой луны в наш мир приходят не только монстры и чудовища, но и чуждая нашему миру энергия. Вы знаете, что до сих пор никто не знает, откуда появился туманный лес. Его возникновение таится от нас в глубине веков, когда в нашем мире бушевали войны.

— Не забивай ей голову ненужными историческими байками, — не выдержал Элэй, — мы пришли конкретно по делу магистр Наус

— Ты Ваше Высочество всегда был нетерпелив, — покачал головой старик, потом обратился ко мне, — если у вас есть желание прикоснуться к истории нашего мира, могу дать вам книги, но с возвратом.

— Я вам благодарна и с радостью воспользуюсь вашим предложением, мне нужно знать, где я буду жить, — Я недовольно посмотрела на Элэйя. Неприятно, что он может лишить меня возможности иметь нужную информацию. Чего легче закрыть меня в Тихом замке без возможности взаимодействовать с другими людьми и все, я завишу от него. Мне нравится Тихий замок, я согласна в нем жить, но чувствовать себя в нем запертой не хочу.

— А теперь расскажите мне все что с вами произошло, — поторопился сказать аретфактор, чувствуя со стороны дракона неприятное напряжение.

Мой рассказ был недолгим. Потом магистр потребовал от Элэйя его артефакт, которым я порезалась в Туманном лесу. Долго его рассматривал, с его рук лилась теплая магия, золотистая, которая обволакивала артефакт. Что странно я чувствовала, что артефакту это не нравится, может так, проявляется мой дар?

— Артефакт ты взял из сокровищницы драконьего рода? — спросил Элэйя Наус уже не скрываясь, что с принцем его связывают, более дружеские отношения чем «принц и подданный». Дракон кивнул. — Это работа дракона Элэй, — покачал головой Наус, мне далеко до твоих предков.

Видно, что Элэйю неприятно слышать, что старик не понимает, работу артефакта.

— Ты когда-нибудь проливал на него свою кровь?

— Не раз, — кивнул дракон.

— Думаю, что вы активировали какие–то скрытые возможности артефакта. — Сказал старик, пока мало информации, чтобы говорить точно, что произошло. Но вернемся к вам ардина. Я сейчас проведу исследования вашего дара, у меня есть предположения, но нужно подтвердить.

Я кивнула и встала перед стариком. Он проводил вдоль тела какой–то штуковиной и смотрел на нее что–то считывая. Через пару минут он сказал:

— Ну что ж, тут я могу сказать однозначно, дар есть, не магия, дар, а это немного по–другому работает. Если магия дает нам право влиять на все своей энергией. Дар — это работа энергии в одном направлении. Если вы хорошо пекли пироги, то вам дается право печь их еще лучше, но только их. Вы сможете изменять начинку, изменять рецепт, но печь только пироги. Вам понятно? — Я кивнула, — Вы уже применяли свой дар, на что он влияет?