Артефактором был сухонький старичок в старой, потертой мантии, его борода местами была обожжена, на глазах похожие на окуляры очки.
— Давненько меня не посещали Ваше Высочество, — старичок, на удивление был бодрым, а голос пронзительным, — Да еще с ардиной.
Элэйя холодно улыбнулся. Пока шли, длинными переходами к арефактору, поругались.
— Тебе нужен гардероб, — заявил он, — Как только разберусь с делами, пришлю к тебе портниху.
Тут я согласна, вещи мне нужны, но я сразу поинтересовалась:
— Сколько мне все это будет стоить?
Что я поняла в этой жизни, просто так ничего не дают, за все нужно платить, где больше, где меньше. Не верю я в доброту.
— Ты моя будущая жена и тебе положен гардероб, — Элэй держал меня под руку крепко и не давал вырвать руку.
— Я не уверена, что приму твое предложение, — выкать я ему наедине перестала, все же спали в одной постели.
При мыслях о ночи, проведенной вместе к щекам, прилил жар. Перед глазами голый принц и как не краснеть? Мне нравилось то, что я помнила. Да и незлой он не подлый, думаю мало кто из парней, не тронут девушку в своей постели. Он не озабоченный юнец, правда все время нагло целует и без разрешения, но, с другой стороны, если бы от поцелуев, зависела моя жизнь, я тоже стала бы любительницей поцелуев.
Что, меня бесило так это его надменный тон и уверенность, что он все решает, согласитесь, когда живешь долгое время сама и все решения принимаешь сама, такое распоряжение сверху раздражает. И может быть, я дура, но мне хотелось чувств. Хоть чего-то, кроме, его ухмылки, голодного взгляда и жарких поцелуев… х–м–м. Наверно, я много хочу? Но я вдруг подумала, что в этом мире нет разводов, средневековье пусть и с магией. А если я влюблюсь в другого, мне, что потом делать? Думаю, мне тогда и замок не нужен будет, ни его гардероб. Я Элэйю свою версию нашей жизни высказала.
— Я, конечно, благодарна тебе, что спас меня от эльфа, но в первые часы моего пребывания в этом мире я немного растерялась и не могла нормально мыслить.
— Кто тебе сказал, что сейчас ты нормально мыслишь? — Прервал меня Элэй. Я зависла. — Почему ты решила, что в своем уме и тебе это не снится?
— Не путай меня, — Я остановилась и застопорила принца. — Я только поверила, что все это реальность, — Элэй усмехнулся, да он издевается! Но стиснув зубы, упрямо продолжила, — Так вот, я сначала испугалась и поэтому согласилась, теперь понимаю, что поторопилась. Стать женой человека, которого я не знаю… а вдруг я встречу того, кого полюблю, но буду уже замужем⁈
В следующее мгновение я прижата к твердой груди, а его губы заглушают протестующий крик жестким поцелуем. В какой-то момент я перестала вырываться и вцепилась в его плечи, ноги меня не держали. Чего не отнять у дракона целовался он восхитительно, а может, у меня просто мало опыта.
— Забудь о других, — рыкнул мне в губы Элэй, — мы поженимся через месяц, привыкай к этому. — Он отпустил меня, подхватил мою руку и потащил в нужную ему сторону.
Закатить истерику? Это я всегда успею, но думаю, меня не услышат.
— Ты не ухаживал за мной, не дарил цветы, не приглашал в красивые места. Мы не знаем о друг друге ничего! — Пыталась я воззвать к его разумности.
— Тебе так важно, чтобы я веселил народ? Ухаживания не для меня, — его зубы скрипнули, так сильно он их сжал. — Список всех моих предпочтений, ты получишь в ближайшем время, думаю, тебе тоже нужно написать о себе, какой цвет любишь, что не любишь есть, кто тебя поцеловал первый раз.
— Это не так делается!
— А откуда ты знаешь как? — на губах его любимая усмешка.
Я выдохнула и просто молча шла рядом понимая, что мы говорим на разных языках.
— Ты меня не слышишь, — сказала я сухо. — Как можно жить с человеком, который тебя не слышит⁈
— Очень хорошо жить! — рыкнул мне в ответ Элэй, — потому что я не человек!
Мы замерли друг против друга, его глаза изменились, красивые… прозрачно голубой цвет, в середине черная клякса зрачка, узкий нос, который сейчас казался хищным клювом, а начиная от висков по скулам к подбородку медленно перетекали сверкающие черные чешуйки. Это было невероятно… невероятно красиво.
— Если ты думаешь меня этим напугать, то зря, — сказала я ему, — после туманного леса и твоих пауков, я ничего не боюсь.