— Сожалею, что не смог оправдать твоих надежд и не умер.

— Ты! Ты!.. — Девушка не находила слов.

— Что же, нечего сказать?

— Раз с тобой все хорошо, я пойду.

— Убегаешь, как всегда!

— Не убегаю, просто не хочу больше слушать тебя.

— Что же тебе не нравится в моих словах?

— Все!

— Амира, я скучал по тебе. Я люблю тебя!

— Хватит!

Она развернулась, чтобы уйти, но Аббас схватил её за руку.

— Отпусти меня!

— Если не отпущу, что ты сделаешь?

— Ударю тебя!

— Тогда ударишь еще и за это!

Аббас прижал девушку к себе и страстно поцеловал в губы.

— Да как ты посмел, кто тебе позволил?!

Девушка резко оттолкнула парня и дала ему пощёчину.

— Никто! Я сам захотел и сделал. Не стесняйся, ударь еще сильнее. Ты меня всегда называла бесстыжим, хоть я таким и не был. Теперь благодаря мне у твоих слов появилось основание.

— Будь ты проклят!

— Я и так проклят — любовью к тебе.

— Ты точно сошел с ума!

— Быть сумасшедшим так прекрасно!

— Ты просто невыносим. Я уже жалею о том, что искала тебя. Лучше бы ты не возвращался.

— Смотри не пожалей о своих словах. Амира, знаешь, я очень скучал по тебе.

— Не могу тебе ответить тем же.

— Не удивлен. Мне любопытно, у тебя есть сердце?

— Когда дело касается тебя, у меня нет сердца.

— Сейчас я это проверю.

— Что ты делаешь?

— Обнимаю тебя! Надо же, я удивлен. Сердце у тебя есть. И так стремительно бьется. Не я ли на тебя так действую?

— Отпусти меня! — она оттолкнула его и пошла прочь.

— Убегай сколько хочешь! Ночь свидетель, ты моя судьба, от меня тебе никуда не деться! — крикнул Аббас вслед.

Наступил день свадьбы Амиры и Искандера. Жених и невеста выглядели так невероятно красиво в своих национальных одеяниях, что, казалось, солнце, позавидовав, скрылось за тучами. Начался дождь. Словно само небо предупреждало о чём-то…

Дождь лил семь дней, не прекращаясь, поэтому гулянье решили отложить и отпраздновать в доме жениха. Приготовив все в дорогу, они отправились в трех дневной путь. Прибыв в дом жениха, они совместно организовали свадьбу молодых. Выпроводив жениха и невесту в их дом, родители Амиры остались в гостях своих новых родственников.

Родители Амиры не решились тот же час возвращаться, оставив дочку в не знакомом ей месте. Юсуф хотел убедиться в том, что не сделал ошибку, выдав дочку замуж за чужака. Убедившись в том, что Искандер хороший муж, родители Амиры с тяжёлым сердцем отправились в путь. Расставаться с дочкой было трудно, но увидев то, насколько она счастлива, придавало им сил. Амира окунулась в свой собственный мир, в котором её окружали любящие люди. Не проявляя особую настырность, родители Искандера не забывали навешать молодых. Амира была окружена небывалой заботой. Амира в своем любовном гнёздышке обустроила все так, как ей этого хотелось, а Искандер, как верный рыцарь потакал всем её капризам. Молодые были счастливы, и их счастья стало еще больше, когда они узнали о том, что вскоре их ожидает пополнение.

Узнав, что через девять месяцев станет папой, Искандер очень обрадовался и сразу же принялся обустраивать одну из комнат для ребенка. Он не выходил оттуда несколько месяцев, ел и спал там. Даже Амире не позволял взглянуть хотя бы одним глазком на свою работу.

И вот настал тот долгожданный день, когда Искандер осмелился показать своей любимой женщине, над чем так долго трудился. Закрыв ей глаза, он привел её в детскую.

Когда девушка увидела комнату, по её щекам покатились слезы радости и благодарности. Искандер побелил стены, и на каждой нарисовал чудные картинки: волнующийся море, пенистые волны и яркий подводный мир с ее обитателями. Вся комната напоминало большой аквариум. Лишь солнце, нарисованное над головой, переливалась с ярко-желтого цвета в золотистый. Хотя работу Искандера можно было бы назвать не броским, так как талантом художника он был обделён, но, несмотря на это, он вложил в свою работу душу. Проходили дни, месяца, вот наконец-то пришло время, встречать новую жизнь.

У Амиры родился мальчик, и назвали его в честь отца — Искандер-младший. В их доме царило счастье, малыш каждый день радовал родителей. Искандер с первых дней привязался к сыну, и все его неловкие движения, забавляли отца до глубины его души. Он мог часами на пролет любоваться сыном.