Но де Моэрту очень хотелось заполучить Адарию и он сделал позорное предложение её семье взять её в наложницы, а в наложницы обычно шли простолюдинки, и для древнего рода такое предложение было неприемлемым.

Граф Равенгард, у которого было достаточно средств и влияния, чтобы выдать дочь замуж за достойную партию, в резкой форме отказал герцогу.

Совершеннолетие в этом мире наступало в двадцать лет. И неделю назад Адарии как раз исполнилось двадцать, а на следующий день в их дом ворвались королевские стражники. Отца арестовали, обвинив в заговоре против короля. Верные графу Равенгарду люди тоже были арестованы, как соучастники.

Адария вместе с матерью остались в доме почти одни. А вчера к ней пришёл герцог де Моэрт.

Я как будто вживую видела его глаза с вертикальным зрачком, когда он схватил Адарию, или меня, в воспоминаниях я чувствовала всё то, что чувствовала Адария, и разорвав корсаж скромного платья заставил девушку терпеть пока он мял её грудь водил носом по обнажённой коже.

Нет, он не успел ничего ей сделать, в запертую дверь стала стучать мать девушки, и герцог отступил.

Но он пообещал, что придёт завтра.

И я снова была Адарией и чувствовала липкое внимание герцога де Моэрта. Это меня он ущипнул за грудь и произнёс:

— Жди меня завтра. Я приду, возьму своё. И надень красное. Я люблю красное.

И тем самым «подписал» девушке смертный приговор. Ведь именно тогда Адария решилась на этот ритуал призыва.

А теперь и мне стало понятно, почему бедная девочка решилась на этот страшный шаг.

В конце письма было сказано, что ритуал замещения души запрещённый, поэтому пентаграмму надо стереть, а о ритуале молчать.

Глава 2

С матерью Адарии я встретилась утром.

У леди было бледное и заплаканное лицо. Было видно, что леди Милена очень сильно переживала то, что никак не может помочь дочери.

— Я не спала всю ночь, — сказала она. — И я думаю, что тебе надо бежать. На Северной границе живут наши дальние родственники. Я их сама никогда не видела, но я нашла письмо твоей бабушки, матери твоего отца. Когда-то она им помогла, и здесь указан их адрес.

И мать Адарии передала мне конверт, на котором был указан ничего не означавший для меня адрес. Единственное, за что я зацепилась, это за красивое название: Северный Предел.

Но, к сожалению, нам не удалось незамеченными выйти из дома.

Как только мы свернули на оживлённую улицу, чтобы нанять извозчика, потому что станция дилижансов располагалась на окраине города, к нам сразу подошли стражники в форме тайной службы и перегородили дорогу.

— Леди, вернитесь в дом, — сказал высокий, симпатичный капитан.

Я попыталась противостоять:

— Нам нужно по делу, мы скоро вернёмся, — сказала я.

— Тогда покажите ваш саквояж.

— На каком основании? — спросила я. — Я что, арестована?

— Пока нет, — сказал капитан. — Но вы дочь изменника, и вам надлежит оставаться в доме.

— А если я не послушаюсь? — спросила я.

— Леди, у нас инструкция вплоть до применения физического задержания.

Леди Милена вспыхнула:

— Неужели вы посмеете..

— У меня приказ, — перебил её возмущённый возглас капитан.

Делать было нечего, нам с матушкой Адарией пришлось вернуться. В доме она сказала:

— Ты такая смелая! Как ты с ним разговаривала.. Я даже тебя не узнала.

А я подумала, что теперь только смелость мне, наверное, и поможет.

Если не удастся выбраться из дома, то вечером придёт герцог де Моэрт. И я стала думать, что же делать. Судя по всему, его заводила безответность юной Адарии, то, что она боялась ему и слова сказать, и даже предпочла лишиться жизни, чтобы больше с ним не сталкиваться. Ну что ж, подумала я, значит, придётся герцогу столкнуться с Марией Николаевной.

Что вы там говорите — он дракон? Ну, мы не таких драконов обламывали.

Я пошла в библиотеку, просидела там пару часов, но нашла то, что нужно. Потом залезла в гардероб Адарии. Значит, он любит красное? Ну что ж, будет ему красное.

В гардеробе Адарии красного я не нашла, видно, девушки её возраста такое не носили. Зато нашла чёрное. Подумала: ну, значит, будет чёрное.

На кухне попросила приготовить ужин. Леди Милена с выражением священного ужаса наблюдала за моими приготовлениями.

— Адария.. Ты что задумала?