Что-то странное стало твориться с моим зрением. Перед глазами расширялись и плавали круги. Вновь почувствовала на себе неприятный, оценивающий взгляд. Боковым зрением увидела монахов в серых балахонах, один из них откинул назад капюшон, открывая лысую голову, покрытую жуткими светящимися тату. Я повернулась и посмотрела прямо в глаза этого страшилища. Мужчина, заметив мой взгляд, удивился. Он что-то произнес и странно махнул руками. В глазах защипало, я моргнула, и татушечный мужчина пропал. Я посмотрела по сторонам, но других балахонщиков уже не оказалось на улице.
«Галлюцинации что ли?..» — подумала и поняла, что начинаю падать.
Последнее, что я почувствовала, были чьи-то руки. В моё уплывающее сознание ворвался взволнованный голос Селестина, вот только слов я уже не разобрала.
Глава 50
Индарэш Селестин аш Драгон, герцог Эргонский
Ситуация с академией складывалась странной. И чем больше Селестин пытался в ней разобраться, тем больше вскрывалось разного и незаконного. Одни найденные механизмы чего только стоили. И главное, непонятно как эти механизмы могли лежать столько лет не подчиненные мастеру? А ещё неясно, почему механизмы активизировались, когда их вытащили на улицу. Неизвестное заклинание сна, сработавшее на открытом пространстве? Но такого заклинания нет!
А ещё Селестина тревожило то, что так или иначе во всех творимых странностях мелькала Кирьяна. Словно она притягивала к себе все это. Причем, самым непостижимым образом Кирьяна не только притягивала к себе проблемы, но умудрялась еще призвать и решения.
Селестин покачал головой. Кирьяне непостижимым образом везло. Словно её поцеловал и благословил сам бог Фатон — покровитель удачи и фортуны.
— Если это так, то тебе девочка очень повезло. А вот твоему окружению не очень, — хмыкнул Селестин.
Он стоял у окна, в своих просторных покоях с выходом на центральную часть академии, и рассматривал странную группу, двигавшуюся по направлению к выходу.
Его Кирьяна шла в окружении мужчин другой расы. Один из них был её начальник — орк, признавший её, человека, равной в работе, что уже большое достижение. Орки ценили специалистов и мастеров своего дела. А эта девочка имела нестандартный взгляд на вещи. Прогрессивный даже. Одно было непонятно, кто и где научил Кирьяну так думать?
Эта мысль не давала Селестину спокойно жить последние дни. Он надеялся, что отправленный на родину Кирьяны агент, сможет отыскать больше, чем он уже нашел. Селестин посмотрел на лежащую на столе черную папку предварительных отчетов от агента. Вздохнул и снова посмотрел в окно.
За спинами Кирьяны и орка в ряд шли тролли. Вот уж небывалое чудо. Из всех многочисленных рас, что населяли мир, каменные тролли были самыми нелюдимыми. Они не любили, а молодым даже запрещали покидать свои пещеры. Исключение делали для половозрелых мужчин, которые спускались с гор в поисках будущей супруги. Да и то, брачную охоту тролли устраивали максимум в неделе пешего пути от своих земель в Митарийских горах. А тут три тролля в центре столицы, да еще в начальниках у них орк. И это при том, что с троллями только гномы и могут общаться.
Эта странность интриговала Селестина не меньше, чем загадки Кирьяны. Вот только когда он, Селестин, услышал, как главный из компании троллей назвал его Кирьяну «Хозяйка», исследовательский интерес ушёл, а появилась ярость. Пришлось вызывать тролля на разговор.
Память Селестина мигом во всех подробностях услужливо подсунула тот разговор.
— Лорд Индарэш, к вам посетитель, — заглянула в кабинет Милендарель.
— Зови, — не отрываясь от изучения бумаг, приказал Селестин.
Тролль, обманчиво-неуклюже передвигаясь, вошел в кабинет и застыл у дверей, не решаясь подойти ближе. Селестин дочитал последнюю страницу в документе, поставил подпись, сложил документ в папку и только тогда посмотрел на замершего тролля. Прямо в немигающие темно-серые глаза, что сейчас смотрели настороженно. Тоже искусный обман. Мало кто знает, что долго смотреть троллю в глаза опасно. В основном, посторонние при разговоре с троллями смотрят на лицо собеседника, инстинктивно опасаясь долго смотреть им в глаза. Ведь прямой, пристальный взгляд от любого мужчины, представители этой расы воспринимают как вызов.