Наверно меня это никогда особо и не волновало. Отец и два мальчика были убиты. Это все, что я знала. Жуткие детали были не нужны. Парень из их банды по имени Блейд из кожи вон лез, стараясь занять место Фелкона. Но я не дала. Держалась подальше. Ходила в школу и сразу домой. Вот и все. Друзей у меня не было, потому что единственными кандидатами были либо члены банды, либо наркоманы. Я перестала быть жизнерадостной девчушкой, полной жизни, энергии и счастья. Я с каждым днем все больше тонула в своем несчастье.

Мисс Портер была не лучше Фелкона, но она, по крайней мере, была безопасной. Всю свою жизнь без близняшки я изо всех сил пыталась ее забыть. Становилась все менее и менее общительной, осознавая всю ту ложь, что рассказывала мама. Нельзя было сбежать из реальности в лучший мир. Она всегда тебя нагонит. Стоит лишь открыть глаза. Реальность всегда там. Холодная и жестокая правда.

Глава 16

На завтрак я приготовила именно то, что попросил Пэкстон. Он проснулся под запах жирного бекона и яиц, ожидающих его на кухне. До того момента, как он вошёл на кухню, по радио играл Джастин Бибер, но потом я сразу переключила радиостанцию. По национальным новостям рассказывали о чиновнике, отвергшем лицензию на однополый брак, о смерти сына Джоя Бидена, о пропавшем семилетнем ребенке и о том, что ураган терял свою силу у берегов в Гавайях. Также упомянули о новой драме Дональда Трампа и упадке экономики.

— Ты не поешь со мной? — спросил Пэкстон со свисающим с уголка его рта волнистым беконом. Меня воротило от одного лишь вида.

— Это не обязательно, — сказала я, повернувшись к нему спиной. Я убирала жирный беспорядок, игнорируя своего мужа и его нездоровый завтрак.

— Какого хера, Габриэлла?

Мои волосы взметнулись вверх, прежде чем упасть мне на спину, когда я нахмуренная повернулась, чтобы посмотреть на него.

— А что, Пэкстон? Разве я сидела с тобой за завтраком до того, как потеряла память?

— Нет, но с тех пор это происходило каждый день. Сядь.

Если это был его вежливый способ сказать мне, что ему нравилось завтракать вместе со мной, он облажался. Тем не менее, я налила себе кофе и села, держа в руках маффин из отрубей и клюквы. Не произнося ни слова, я отщипнула кусочек и положила его себе в рот.

— Что с тобой и этой здоровой фигней? Мы не едим маффины. Мы едим нормальную еду. Типа этой, — произнёс он, переводя взгляд на тарелку с пропитанным соусом хлебом.

— Можешь питаться подобным образом. Я же не собираюсь.

— Раньше ты это ела.

Я опять погорячилась, но на этот раз не намеренно.

— Да, мне говорили. Есть ещё что-то, что мне необходимо знать, прежде чем я испоганю и этот день?

— Мне не нравится такое поведение. Откуда оно взялось, черт возьми?

Я встала, контролируя свои движения, чтобы не встретиться с ним взглядом.

— Неважно. Пойду готовить тебе обед. Хочешь бекон? Сэндвичи с беконом?

— Конечно, но ты не хочешь оставить его и для девочек?

— Нет, они это есть не будут.

— Ты не можешь заставлять их есть маффины каждое утро.

Я вытерла ещё жир, который блестел под лампочкой над плитой. Господи. Сколько же жира в половине килограмма бекона?

— Они не едят маффины каждый день. Они едят оладьи, яйца, тосты с корицей, хлопья, буррито с яйцами, сыр, шпинат и…

Пэкстон вымочил хлебом ещё больше подливки, положив сверху ломтик бекона.

— Я понял. Мне все равно. Избавься от этого поведения, прежде чем я вернусь домой сегодня вечером.

— Я никуда их сегодня не повезу. Утром они могут заняться игрой на фортепиано, но это всё.

— Не тебе решать это, но я поговорил с ними прошлым вечером. Они хотят заниматься лишь несколькими вещами. Я это понимаю, но им придется закончить сезон бейсбола. У них ещё осталось две игры.

Я промолчала о том, что игра была больше для него и его дружков. В принципе, я вообще ничего не сказала. Лишь пожала плечами и продолжила убирать жир.

Пэкстон ел свой завтрак, который доведет его до сердечного приступа, и проверял что-то в телефоне. Я упаковала его обед и толкнула его ему по стойке. Ничего полезного. Даже бутылка с водой, которую я туда положила, не была полезной. Газированная кола лучше подходила к его мясу. Я тайно надеялась, что ему от этого станет плохо. Это послужит ему уроком.