«Мне хотелось легкой жизни. Путешествий, развлечений, встреч с друзьями, а не скучной учебы и такой же службы. Но для этого нужны деньги. Из-за них я и попалась на удочку Фрины.
Но в этом мире все по-другому. Академия… Звучит куда интереснее, чем институт».
Тэлин принялся размахивать руками.
— Ну, ты даешь! Даже об Академии забыла? Сама же говорила, что это — отличный шанс для таких, как мы.
— Как мы? — эхом повторила девушка.
— Для простолюдинов. Раньше в Академию принимали только знатных, но, с этого года, там могут учиться все, кто владеет магической искрой и сдаст вступительный тест.
«Опять экзамены», — с тоской подумала Аделия и засыпала друга вопросами:
— А как узнать, обладаешь ты искрой, или нет? Что представляет собой Академия? Обучение платное? Вступительные испытания сложные?
Тэлин вздохнул и начал рассказ.
Оказалось, что в Империи Сейрон — так называлось государство, куда попала Аделия, — магия существует с незапамятных времен. Ее люди получили как дар от тарков — загадочной расы, древней и очень могущественной. Потомки первых магов получили титул лордов и леди, объединили раздробленные земли и основали Империю.
В то же время появилась и Академия, для обучения талантливых людей. В противном случае, искра гасла, и ее обладатель становился обычным человеком. Случались и худшие ситуации, когда вышедшая из-под контроля сила уничтожала и мага, и тех, кто находился рядом.
Долгое время считалось, что магами могут быть только знатные люди. Но, несколько лет назад, руководство Академии забило тревогу. Древние семьи вырождались, в них появлялось все меньше одаренных детей.
— И тогда ректор Академии вспомнил о простых людях. Он приказал магам обойти все селения и проверить юношей и девушек с помощью артефактов. К нам его посланцы тоже заглядывали.
— И что? — нетерпеливо воскликнула Аделия.
— Ты и я — единственные, кто владеет искрой, — улыбнулся Тэлин. — И можем стать магами, если захотим. И, конечно, пройдем обучение в Академии.
Аделия на минуту задумалась. Значит, она все же обладает талантом, но его нужно развивать. Не хотелось бы закончить, как те несчастные, о которых рассказывал Тэлин. К тому же, учеба в Академии давала шанс вырваться из дома Нейла и встретиться с другими людьми. Найти друзей, завязать полезные знакомства…
«И не забывай о Фрине, — мысленно произнесла она. — Ты обещала ее найти. А в этом захолустье она вряд ли появится».
— Обучение платное?
Друг помотал головой.
— Только для знатных. За простых людей платят из императорской казны.
Глава 11
Той ночью Аделия долго не могла уснуть. Ворочалась с боку на бок в неудобной постели, вставала и бродила по комнате взад—вперед, обдумывая полученную от Тэлина информацию.
Кроме прочего, парень рассказал, что посланцы ректора оставили им книги, для подготовки к вступительному испытанию. Сам Тэлин их уже прочитал и даже научился делать простенькие амулеты. У его подруги все было не так радужно. В памяти девушки не сохранилось ни одного заклинания, более того, она не помнила, чтобы Адель хоть раз открывала книги!
А до поступления в Академию оставался всего месяц.
«Ничего не понимаю, — злилась Аделия, — дочь Нирры, что, передумала учиться? Или ей помешал Нейл? Но, какое дело отчиму до ее занятий? Радовался бы, что в их семье будет настоящая волшебница. В Империи им хорошо платят».
Не найдя в комнате Адели никаких книг, девушка решила обратиться за помощью к Нирре.
На следующее утро, придя в кухню, она завела разговор об Академии. Нирра, побледнев до синевы, тут же перебила ее:
— Тише, дочка! Какая еще учеба? А мне кто помогать будет? И Нейл против. Он сразу сказал, что не отпустит тебя в столицу, мол, нечего порядочной девушке там делать.
— Он мне не отец, — холодно заметила Аделия. — И не имеет права приказывать. Матушка, как ты не понимаешь! Такой шанс выпадает раз в жизни. Я выучусь, стану магом и заработаю много денег. У нас будет свой дом и слуги. Тебе не придется с утра до вечера крутиться на кухне…
— Как интересно. «Свой дом, слуги». Жалкая девчонка метит в любовницы к лорду? Или сразу в жены Императору?
Аделия резко обернулась. В дверях кухни стоял Нейл. На его лице играла глумливая улыбка, не сулившая ничего хорошего.