— Мне тоже, леди, выпала великая честь общаться с невероятной женщиной. И я рад, что боги даровали мне этот шанс. Думаю, мы скоро увидимся.

Оборотень ударил себя кулаком в грудь, поклонился и направился в сторону своей ложи. А я на подгибающихся ногах направилась к своей.

В объятия принца Скай я просто рухнула, тихо подвывая от боли на одной ноте и стуча зубами.

— Кирьяна, Огонек мой беспокойный. Моя упрямая сулуан-эсса, — с надрывом в голосе произнес Скай, сжимая меня в объятиях. — Я попытаюсь забрать у тебя часть боли. Станет легче.

— Не с-смей, — стуча зубами, вяло запротестовала я. — Тебе еще выступать. Мне поможет горячая ванна. Сказали так сделать…

— Не беспокойся, душа моя, я выступлю. Шайран эль Аяр заплатит мне сторицей за все твои страдания, — прорычал Скай. — Обещаю! Слово ледяного демона!

— Скай, не забывай, что эль Аяр хоть и младший сын императора, но рожден от любимой наложницы. Будь осторожен. — В разговор вмешался напряженный Кьен. — Этот турнир и так на грани международного конфликта из-за последних событий.

Скай промолчал, лишь зубами скрипнул. А Кьен повернулся ко мне:

— Кира, если бы я знал, что будет именно так, то не согласился бы на это. Я бы тебя отговорил. Шарх! Да почему все так!

Боль резко усилилась, я согнулась пополам, не удержавшись от крика. Было такое чувство, что меня резали, раздирая по живому плоть на части, и заливали во внутренности раскаленную лаву.

Время потеряло четкость. Вокруг кто-то суетился, отдавал приказы. Меня прижимали к себе сильные руки, а я кричала, обезумев от боли, и рвалась из крепких рук. Рот наполнился жидкостью с металлическим привкусом. В меня вливали какие-то горькие лекарства, но они не помогали. Я то впадала в беспамятство, где меня продолжала терзать боль, то приходила в себя. Находясь словно в дурмане, я слышала разговоры.

— Принц Дамирэш, мои зелья не помогают! — отчаяние в голосе Элизабет.

— Шарх! Что-же делать? — паника в словах Кьена. — Мы уже все перепробовали. Ей только хуже.

Я почувствовала, что лежу в горячей воде. Меня прижимают к мощной груди сильные руки, в попытке обездвижить, а на ухо шепчут слова успокоения. Но понять их смысл не получалось.

И снова я то проваливалась в беспамятство, то выныривала из забытья, приходя в сознание. В одно такое «пробуждение» я и услышала:

— Почему я должен вас пустить к моей невесте?

— Потому, лорд Индарэш, что только я могу спасти вашу невесту. Мой клан, Скользящие в ночи, славится своими врачевателями на всю Федерацию. Я ваше единственное спасение. Сколько в таком состоянии находится леди?

— Больше пятнадцати часов, — с неохотой ответил Селестин.

— Времени почти не осталось. Вы или мне доверяете, лорд, или ваша невеста просто выгорит от боли. И летальный исход при выгорании по-прежнему не исключен, — серьезно заявил Ричард Фаркаш. — Ваше решение, лорд Индарэш.

— Хорошо, — выдохнул Селестин и тут же грозно рыкнул. — Но если что-то пойдет не так, то…

— О! Не стоит мне угрожать, лорд, — фыркнул оборотень, и я услышала его чеканные приближающиеся шаги. — У меня приказ от Совета Старейшин, спасти мисс Кирьяну Астон любой ценой. Помогите мне. Нужно перенести девушку на стол. Лечить будем в два этапа: снадобьем и обменом магией. Мне нужны два огневика-добровольца.

— Я буду! — хором ответили Селестин и Эмиль.

— Прекрасно! Приступим, господа.

А дальше в меня вливали странную жидкость, с привкусом мяты и коры ивы, она горчила и вязала язык. Еще я чувствовала, что через меня по кругу прогоняют огненную энергию, от чего я ощущала себя магическим коллайдером.

От этих странных действий боль отступала, а вскоре и вовсе ушла. Мне стало лучше, и скоро я смогла заснуть по-настоящему.

Но прежде я успела услышать преинтереснейший разговор.

— Это что, очередное покушение на Кирьяну? — мрачный голос герцога.

— Выясню. А потом убью, — зловеще пригрозил Селестин.