По меркам столетней давности такой поступок приравнивался к разврату. Принц делал немыслимое и наверняка заработал бы осуждение любого случайного зрителя, ведь если бы их заметили в таком положении, мадам Энклер никогда не избавилась бы от клейма неверной жены и, скорее всего, была бы сослана в монастырь. Я же завороженно разглядывала ее руку и с какой-то странной солидарностью поддерживала поступок принца.

Он просто не мог выдержать.

Наверное, ему было невыносимо видеть ее с мужем, которого мадам Энклер не любила, а потому чувствовала себя несчастной. Он хотел, чтобы она принадлежала только ему, чтобы она улыбалась. От того, как он сжимал ее маленькую ручку, меня бросило в жар. Он ее любил. И возникало впечатление, будто ему все равно, что о них подумают. Он был готов на все, лишь бы провести с ней вместе еще хотя бы секунду.

Их история кончилась плохо.

Мадам Энклер осталась верна своему мужу. Она покинула двор и умерла глубоко несчастной. Зато не взяла на душу грех.

В этот момент я остро поняла, насколько мне повезло. Брак по расчету подарил мне замечательного мужа. Он, конечно, совсем не такой, какого я ожидала. Но тот мужчина, которого я открывала для себя каждый день, нравился мне даже больше. У нас рождалась своя история. Не все наши интересы совпадали, не все в нас было идеально, но мы наездники, мы покоряли небо. Мы чувствовали близость. Особенную близость. Не сливались воедино, не ощущали друг друга на расстоянии, не читали мысли, но словно думали вместе. Просто вместе.

Ниточки наших жизней переплелись, и с каждым днем узел становился все крепче.

И если это и есть та самая любовь, то мне действительно повезло. Я ведь любила своего мужа, а значит, наша история могла закончиться хорошо.

Мысли о Ричарде заставили оторваться от созерцания картин и отправиться на его поиски. Герцог Бёме был в библиотеке, писал какое-то письмо и в сборах тоже не спешил принимать участие.

— С добрым утром, ваша светлость. — Учтивость не удалась, в моем голосе прозвучало больше щемящей нежности.

Муж оторвался от своего занятия, посмотрел на меня. Улыбнулся:

— С добрым утром, герцогиня.

От его улыбки проснулось что-то трепетное. Хрупкий миг искреннего счастья. Я готова была усесться напротив и любоваться ямочками на его щеках.

Легкой походкой вплыла в библиотеку, заставив юбки шуршать, а распущенные волосы развеваться при ходьбе, подошла к мужу со спины, обняла его за шею.

— Чем занимаешься? — спросила, прижимаясь щекой к его уху и заглядывая через плечо.

Ричард отодвинул письмо в сторону и, обхватив мои руки, поднес их к губам.

— Пишу письмо.

— А мне покажешь? — спросила, доверительно положив подбородок ему на плечо.

— А тебе не покажу, — ответил он с доброй интонацией.

— Секреты? Ты ведь понимаешь, что с моим любопытством я скоро все равно все узнаю? — шутливо поинтересовалась я.

Ричард вздохнул:

— Я пишу маме в столицу. Это все-таки довольно личное.

Мне не нужно было повторять дважды. Я дернулась в сторону словно ошпаренная и поспешно выставила руки в примирительном жесте:

— Прости! Прости… я… я не лезу. Пиши… как тебе хочется, в смысле я не смотрю, и вообще, я… я не трогаю твое личное.

Ричард удивленно повернул сначала голову, затем кресло и не менее удивленно посмотрел на свою нервную жену:

— Марита, я…

— Нет, — перебила быстро. — Ты не обязан ничего мне объяснять. Твоя мама. Твое письмо. Это личное, я понимаю. И не лезу. Вот.

— Я рассказываю ей о тебе, — все равно сказал Ричард.

Я застыла.

— Маме? Обо мне? И что ты пишешь?

— Поэтому я не хочу, чтобы ты это читала, — добавил он.

Я опустила глаза, медленно расправила складки платья.

— Надеюсь, ты не станешь ей говорить, что я тебя закидала метательным оружием. Раз уж она знает про драконов.

— Она про них не только знает, когда-то она летала на драконе отца. И я не пишу ничего плохого.

Представить леди Элен верхом на драконе было выше моих сил, поэтому, чтобы отвлечься от забавных картинок, возникших в голове, я спросила:

— А у твоей сестры тоже есть дракон?

— Нет, она не нашла яйца, поэтому родители не посвятили ее в тайну нашей семьи. — Ричард оперся локтями в подлокотники и сложил пальцы домиком. — Это все вопросы?

— Да, — закивала я. — Пойду тоже проведаю маму.

— Хорошо.

Продвигаясь к выходу, не выдержала и сказала: