Дракон медленно, будто нехотя, опустил меня на пол, проведя при этом рукой по моим обнажённым бёдрам вверх к кружевному исподнему. Прошёлся по животу, чуть задержался на груди, затем его горячие пальцы коснулись моих ключиц, так что я снова разомлела от удовольствия, а по коже побежали мурашки. А когда он очертил линию подбородка и вернулся к самому чувствительному месту на шее, его рука вдруг сомкнулась на ней удушающим хватом.

Шок от происходящего был настолько силён, что я не сразу сообразила, что нужно бы как-то высвободиться, и просто вытаращила на супруга глаза, из которых тут же брызнули слёзы. Дышать было нечем, а кричать я просто не могла.

— Кто ты такая? — спросил Герард, продолжая сдавливать моё горло.

Заметил, что я при всём желании не могу ему ответить, и тут же отпустил руку, оттолкнув при этом от себя так, что я неуклюже повалилась на поп.

— Как это кто? — прохрипела, потирая саднящую кожу на шее. — Твоя супруга. Истинная пара, определённая Оракулом. Ты же сам взял меня в жёны сегодня днём в храме. Что с тобой? Ударился головой? — запереживала я. Вдруг он и правда памяти лишился. Лежал ведь ни живой ни мёртвый. Сама видела.

Поднялась на ноги, забыв о том, что дракон только что был груб со мной, подбежала и стала рассматривать его голову. Только протянула руки, чтобы проверить, нет ли ушиба, как он отошёл на пару шагов.

— Не приближайся ко мне, — сказал тяжело дыша и снова хватаясь за грудь, как недавно в саду. — Кто тебя послал? Как вы это провернули?

— Что? — опешила я, осознавая, что творится неладное и нужно срочно понять что, так как ночь моей мечты грозит превратиться в кошмар.

— Где это видано? Провести Оракула, назваться истинной, обманом выйти замуж, чтобы что? Что тебе нужно, Эмилия Харбор? Деньги? Слава? Чего ты этим добиваешься? — шипел мужчина, глядя на меня с такой ненавистью, что мурашки, то и дело пробегавшие по коже из-за холода, устроили настоящий парад.

“Слишком много вопросов и ни одного ответа. Мама родная, я, кажется, сплю. Точно это страшный сон”.

— Провести? Да я в глаза не видела этого твоего Оракула. Знаю только, что он определяет истинность и…

— Сегодня же ты покинешь мой дом, — прервал он мои оправдания.

Меня словно молнией ударило. Стояла и не могла пошевелиться. Не верилось, что всё это происходит в самом деле. Герард тем временем обошёл меня, поднялся на пару ступеней, а после мои плечи укрыло всё то же покрывало, согревая тело, но не душу.

— Никто не узнает о том, что ты сделала. Уверен, что ты просто стала жертвой кого-то более влиятельного и желающего мне зла. И если это так, я найду его и покараю. Но если ты устроила этот спектакль по собственной инициативе, — его рука легла мне на плечо, и он до боли его сжал, — я заставлю тебя пожалеть, дорогая…супруга, — последнее слово было сказано с таким отвращением, что меня саму передёрнуло.

— Но я, — попыталась возразить, судорожно ища объяснение если не всему, то хотя бы его словам, — ничего не подстраивала.

— Молчи! Не хочу ничего слушать. Моли Богов, безродная девка, чтобы то, что я сегодня узнал, оказалось неправдой. Или было ею лишь частично, иначе… — Герард наклонился к моему уху и прошептал: — Я сожру тебя с потрохами. Истинностью не шутят, синеглазая.

Меня затрясло. От страха, досады, обиды. На глаза снова навернулись слёзы. Самый счастливый день в моей жизни резко превратился в худшую ночь и, кажется, одной ею дело не кончится.

Услышала шаги. Супруг наконец оставил меня в покое и решил подняться наверх. В нашу спальню? А мне куда теперь идти? Что вообще делать? Обернулась и посмотрела ему вслед. Что-то было не так. Дракон еле переставлял ноги. Казалось, что ещё шаг — и он кубарем покатится по ступеням.

— Герард, — обратилась к нему и поняла, что не сдержалась. По щекам покатились предательские слёзы.

— Не дави на жалость, Эмилия. Марш в гостевые покои и чтобы на глаза мне не попадалась! — зарычал на меня не весть чем разгневанный супруг и продолжил молча подниматься на второй этаж.