– Если они вам НАСТОЛЬКО не нужны, – взмолилась я, – так отдайте их мне!

– Нет. – Эрина покачала головой. – Варвары – хороший товар на невольничьем рынке, За них дадут большие деньги…

– Сколько? – решительно выпалила я. Женщина рассмеялась:

– И не надейся, Бешеная, тебе я их не продам.

– Почему?!

– Из принципа. Нельзя так любить мужчин. Они этого не стоят.

Я вспомнила папашу Тавруса, вечно пьяного и забавного, как медведь в цирке, Спиртуса, зеленоглазого рыцаря, Иллана, наконец!.. Да что эта кукла мне здесь мозги пудрит?!

– Стоят! – заявила я. – Очень даже стоят! А вы все тут – дуры набитые!

– Что-о?!

– А то! Посмотрите на себя – женщины, называется! Слона на ходу остановят и хобот ему оторвут!.. Нашли чем гордиться… Курам на смех! Крышу они сами чинят – то-то удовольствие! А в гамаке позагорать, пока это же за тебя муж делает – это нет, это не для нас, мы легких путей не ищем…

– Да, ну и что?! – с вызовом выпрямилась атаманша. – Мы со всем справляемся сами, зачем нам мужчины?!

– Ангидрит твою перекись марганца! – взревела я. – Вы смерти моей хотите?! Зачем, зачем… да чтоб был!.. В конце концов, вы что, почкованием размножаетесь?! '

К моему безмерному удивлению, атаманша залилась краской и не нашлась с ответом. Опаньки. Кажется, я поняла… Дети по поселку не бегают, беременных тоже не видно… Не может быть?!

– Красавицы… – офигев от собственного предположения, пробормотала я. – А КАК вы вообще размножаетесь?!

– Никак… – стыдливо проговорили из толпы. – Мы просто пришли сюда и остались, как другие…

– А детей вам никогда не хотелось?..

– Хотелось… – тихо сказала блондинка с башни. – Но воровать младенцев как-то… не очень!.. Нельзя так!

– Да зачем воровать-то? А родить – в лом?

– Родить? А как? – На меня смотрели два десятка до такой степени невинных глаз, что у меня дар речи пропал напрочь. Что значит – как? Да они издеваются?..

– Для этого, – с отвращением на лице объявила Эрина, – мужчина действительно нужен…

– Вот! – победно завопила я. – Вот!! Кто тут спорил битый час, а?!

– Но для этого, – добавила амазонка, – с мужчиной надо… спать!

– Какая гадость! – охнуло целомудренное общество.

«Где она таких Дюймовочек откопала?»

– Гадость? – Я воздела руки к небу. – А вы пробовали?

Такой тишины я не слышала с тех пор, как разбила любимую мамину вазу…

– Е-елкин дрын… – на одном дыхании выпалил Мыш. – Монастырь на выезде!

– Ну, знаете!.. – выдавила я. – Ну уж чтобы так… просто слов нет!

– Во-во… – печально качнул головой крыс.

Я посмотрела на атаманшу:

– Эрина, верни мне моих людей, и разойдемся по-хорошему.

– Нет.

– Это твое последнее слово?

– Да!

– Жаль. Я хотела решить дело миром… Пойдем, Ил.

Страж Тени, сидящий у моих ног, недоуменно воззрился на меня.

– Ты поднимешь на нас меч, Бешеная? – усмехнулась Эрина.

Я покачала головой:

– Я – нет. С женщинами и душевнобольными не связываюсь… Наш отряд выполняет личное поручение его величества царя Кирия, правителя Мелиора, и при любой попытке нам помешать, царь не поскупится на…

– Кто здесь сказал – «Кирий»? – раздался звонкий голос за спинами амазонок.

Я повернула голову – из хижины вышла невысокая стройная девушка с длинной черной косой. Королевская осанка, смуглая кожа и монгольский разрез миндалевидных глаз… Ну что же, придется задержаться.

– Царевна Аюна, я не ошиблась?

– Да это я! – гордо вскинула голову наследница престола. – Вас послал мой отец?

– В некотором роде, да… – осторожно ответила я. Дикая штучка наша беглянка – это сразу в глаза бросается. Как бы дров не наломать…

– Стаська, держи пса, – звенящим от напряжения голосом вдруг сказал Мыш.

– Что?..

– Собаку держи, что! Ты глянь на него – ведь кинется сейчас!..

Я посмотрела на Иллана. Боже милосердный! Страж Тени вздыбил шерсть и оскалил острые клыки. Из горла рванулось сдавленное глухое рычание… Не раздумывая, я успела вцепиться ему в загривок, как энцефалитный клещ, когда он прыгнул. Амазонки завизжали и сыпанули в стороны. Царевна в ужасе прижалась спиной к стене хижины.

– Пусти! – рычал пес, бешено извиваясь. – Пусти, все равно достану…

– Ил… Ил, прекрати сейчас же! Что она тебе сделала?! – верещала я, из последних сил удерживая его на критическом расстоянии от предполагаемой жертвы. – Ты с ума сошел?!

– Убийца… – хрипел пес, – они убийцы… это они.

– Да кто – «они»?!