Минуты шли. Рука Габриэля на моей талии то сжималась, то разжималась. Его футболка прикрыла мой зад, прикрывала мои оголенные части тела пока он не начал сжимать меня. Он был так сосредоточен, я не была уверена, что он заметил. Я чувствовала себя странно: оголенная и так близко к нему. Я слишком боялась пошевелиться и привлечь к себе внимание. Было так темно, что я бы удивилась, если бы он что-нибудь заметил.

Я молилась на телефон в темноте, надеясь, что Кота поймёт. Я была в безопасности сейчас. Но если уйду, то не буду. Если мой отец просто вернётся на минуту, он станет единственным, кто может всё исправить.

Телефон зажужжал.

Кота: 8.

Я пристально посмотрела на экран телефона Габриэля.

Что это значит?

— Это значит, что у нас есть время до восьми, — прошептал он. — Если твой отец не появится до восьми, я тебя вытащу отсюда.

— Он поможет? Он попытается достучаться до него? — спросила я.

Лицо Габриэля исказила ухмылка.

— Ты забываешь, кто мы.

У нас было время. Я расслабилась в руках Габриэля. Возможно, всё будет хорошо. Если у кого-нибудь получится найти моего отца, то это у парней. Я была уверена, что им удастся поговорить с ним и они вернут его. Я не хотела, чтобы полиция приезжала. Это всё была моя ошибка. Им не нужно было влезать в эту проблему со мной. Даже если её можно предотвратить.

Габриэль обещал Коте, что если что-нибудь изменится или если он вытащит меня, мы дадим им знать. Нам нечего было делать, только считать время. У нас есть четыре часа.

Из-за звука телевизора тяжело было определить местонахождение моей матери. Я не была уверена даже, дома ли ещё Мэри. Случайно я услышала скрип наверху, и подумала, что это Мэри или просто звуки дома.

Габриэль держал меня на коленях, время от времени меняя положение. Внезапно он потянул меня на себя, пока не упёрся спиной в стену, он вытянул ноги. Я слетела с его коленей, и приземлилась попой на пол рядом с ним. Я опустила футболку ниже и обернула вокруг бёдер.

Габриэль глубоко вдохнул, убрав мои ноги.

— Повернись.

Моё сердце снова часто забилось.

— Куда?

Он показал жестом.

— Просто посмотри на стену.

Я повернулась, села на пол лицом к стене, посмотрела на неё. За моей спиной раздались звуки растегивания ремня, ширинки и падения одежды. Я напряглась. Он раздевается?

Я сказала себе доверять ему. Габриэль обещал. Здесь он рискует собственной свободой, что вызовут полицию, из-за того что он остался со мной. Доверяй ему.

Шорох. Стук по плечу.

— Всё хорошо.

Я повернулась. Он снял обувь, она стояла рядом с ним. Штаны были на нём. Ремень висел на коленях, он держал в руках трусы.

Он достал телефон и нажал на кнопку, экран засветился.

— Держи его экраном ко мне.

Я взяла телефон, держа его над плечом. Я переместилась, так чтобы он не светился под дверью.

Габриэль держал трусы близко к лицу, вытащив карманный нож из заднего кармана. Он измерил ширину ремня, и начал делать прорези в трусах, в виде петель для ремня. Он закусил кончик губы, пока работал.

— Купи ей чертов новый гардероб, и она будет носить мою одежду, — бормотал он.

— Мне нравится твоя одежда, — прошептала я. Она всегда такая цветная. Я не могу представить ни одного человека, который бы одевал оранжевый и неоновый зелёный, и сережки, которые подходили к его стилю.

— Тихо или я вытяну тебя отсюда прямо сейчас, сказал он, сосредоточенный на трусах. Когда он закончил, он продел ремень через самодельные петли.

— Одень это. Если позже нам придётся бежать, будет легче, если ты не будешь полностью голой.

Я вздохнула, повернувшись. Я протянула руку, чтобы взять трусы, но вместо этого он нагнулся ко мне, держа трусы так, чтобы я шагнула в них. Моё сердце забилось быстрее, когда я шагнула в трусы, и он скользнул вверх материалом по ногам, касаясь моих бёдер.

Когда они были одеты, он повернул меня и стянул концы ремня вместе. Он натянул его туго на моих бедрах, хмурясь.

— Ты такая маленькая.

Он достал карманный ножик, найдя острый штопор, начал делать другую метку.

Когда он закончил, конец ремня почти сложился вдвое. Он снова протянул его через петли, которые сделал.

Трусы были удобные. Я теперь была лучше подготовлена для побега.