— Это шампунь, — прошептала я, поднося ко рту дополнительное полотенце, чтобы частично скрыть лицо.

— Гейб — рявкнул Норт. Его глаза встретились с моими и крепко сжались. — Измени формулу. Это пахнет дерьмом.

— Он здесь не для того, чтобы она хорошенько пахла.

— Мне все равно. Он воняет. Измени его. — Он ухмыльнулся и подмигнул мне. — Сэнг не может пахнуть дохлой крысой.

— Черт возьми, — проворчал Габриэль, входя в комнату Коты и спускаясь по лестнице. — Габриэль, не мой ей голову. Габриэль, измени эту гребаную формулу. Габриэль, отрежь себе ухо и съешь его. — Там было еще что-то, но он забрел в дом, и все пропало.

Я вздрогнула, когда поняла, что стою голая в полотенце, наедине с Нортом, тоже голым в полотенце. Его волосы свисали с бедер ниже, и я увидела еще одну линию волос ниже его пупка и начало угла бедренных костей. Я сосредоточилась на стене.

Пальцы Норта нашли мой подбородок и приподняли его. — Не позволяй ему переступить через тебя, — сказал он. — Если тебе неудобно, скажи ему, чтобы он отвалил. Если он не послушается, приходи и найди меня.

Я молча кивнула. Неужели это тот самый Норт, который кричал минуту назад? Теперь его глаза были мягче, а прикосновения нежнее.

Он сделал шаг назад.

— Надень какую-нибудь одежду. Я подожду, — сказал он. Он закрыл за собой дверь.

Я поспешно надела нижнее белье и пару джинсовых шорт с нижним краем, сделанным похожим на разрезанные полоски. Половина шорт была выбелена на бедрах и покрыта ярко-розовой краской. Я накинула через голову облегающую черную футболку, затем надела браслет на запястье и обернула лишнее полотенце вокруг волос, закручивая его на голове, чтобы не капало.

Когда мое сердце снова заколотилось от горла к груди, я открыла дверь, удивляясь, почему там был замок. Он рабочий?

Норт стоял, прислонившись к раме. Он повернулся, его взгляд упал на мою одежду. Его губы приоткрылись, а ладонь коснулась шеи сбоку.

— Вот это да… это очень хорошо на тебе смотрится.

Мои щеки вспыхнули. Я сжала ткань полотенца у себя на голове.

— Габриэль сам выбрал.

— Он свое дерьмо знает. — Ухмылка тронула его губы. — Только не говори ему, что я это сказал.

Я обменялась с ним тихой улыбкой. Черный был его любимым цветом, верно? Может быть, ему нравилось, когда я носила этот цвет. Мне хотелось это запомнить. Мне казалось, что он был доволен, и я хотела сделать это снова. Я боком отошла от ванной комнаты.

— Извини, если я слишком задержалась.

Он помахал рукой в воздухе.

— Пойди и дай этому ублюдку себя подстричь, ладно? — Он закрыл за собой дверь.

В гараже Сайлас сидел на металлическом складном стуле. Габриэль навис над его головой с парой электрических ножниц. Макс лежал у ног Сайласа, перекатываясь через его пальцы. Когда я босиком спустилась по ступенькам, Макс вскочил и встретил меня, обнюхав мои колени.

— Я займусь тобой через минутку, Беда, — пробормотал Габриэль, потому что черная расческа свисала с уголка его плотно сжатых губ.

— Хорошо — сказала я, присев на корточки, чтобы погладить Макса по голове, прежде чем обойти его и пересечь дорогу перед Сайласом. Я хотела посмотреть, как Габриэль стрижет волосы.

Сайлас был одет в джинсы и белую майку, которая делала его сильные руки еще более массивными. Глаза Сайласа загорелись, когда я появилась в поле его зрения. — Классные шорты.

— Тебе нравится розовый цвет? — спросила я, откидывая назад голову и вытягивая ногу, чтобы посмотреть вниз на материал на моем теле.

— Мне нравится синий с розовым, — сказал Сайлас, указывая на верхнюю часть шорт, где цвета сливались вместе. — Они очень хорошо подходят друг другу.

— Он любит темно-синий, — сказал Габриэль, обходя Сайласа спереди и слегка наклоняясь к его коленям. — Он ткнул концом машинки в нос Сайласа. — Ну ладно, теперь о дерьмовых бакенбардах по бокам, которые ты слишком сильно отрастил на своем лице.

Пальцы Сайласа пригладили волосы на затылке. — Оставь все как есть, — сказал он.

— Это уже слишком, — сказал Габриэль. — Я уже попробовал это сделать. Это не работает.

— Сэнг это нравится. — Сайлас внимательно посмотрел на меня. — Разве нет?