— Ну ладно, — сказал упрямый осел и вынул из нагрудного кармана пиджака сотовый телефон. Потом подумал и спросил Орхидею: — Вы случайно домашний номер Весловских не знаете?

— Я его не помню, — сказала Орхидея. — Но вы можете позвонить с обычного телефона, — она показала рукой в глубь помещения, где стоял столик. — У меня для всех соседей полуавтоматический набор.

Бондин зашагал к столику, мы потопали следом.

— Как этим полуавтоматическим набором пользоваться? — обернулся инспектор, поднимая трубку старого черного аппарата. Причем не кнопочного, а с диском!

— Наберите В, Е, С, Л, — продиктовала Орхидея по буквам.

Инспектор стал крутить диск Присел на край стола. В этом ангаре в своем длинном светло-песочном плаще и с черной блестящей телефонной трубкой в ладони он походил на детектива из какого-нибудь старого кинофильма. Только сигареты во рту не хватало. И этот детектив почему-то смотрел на меня и улыбался.

Ну конечно. Рассматриваю этого рыжего нахала, как дура. Я отвела взгляд, стала бродить глазами по уходящим в темноту железным стенам над головой. А нахал произнес в трубку самым нахальным тоном:

— Весловский. Вы вздумали со мной шутки шутить.

Хы. Да он просто мафия какая-то.

— Кто-кто. Инспектор Бондин, — продолжал он спектакль.

Я так и представила папашу Весловского, вытянувшегося по струнке и нервно приглаживающего потеющую лысину.

— Вспомните-ка получше, когда вы отдали ключи в мастерскую?.. Говорите название мастерской… «Правша»?

— Я знаю эту мастерскую, — сказала Орхидея.

Инспектор кивнул ей, сказал в трубку:

— Понятно. — Нажал на рычаг и сообщил нам: — Он отдал ключи еще в понедельник Они вполне могут быть готовы.

— Вот врун! — возмутилась я.

— Ага, — сказал инспектор.

Орхидея сказала:

— Мастерская «Правша» у меня значится… — она слегка призадумалась, пошевелила губами, будто что-то пересчитывая, потом сказала: — К, А, В, 7.

— Первые буквы фамилии мастера? — спросил детектив, накручивая диск.

— Н-нет, — почему-то смутившись так что зарозовели щеки, отозвалась Орхидея.

Бондин стал говорить в трубку:

— Алло. «Правша»? Это Сигизмунд Весловский, я в понедельник отдал вам ключи от виллы «Белладонна» на перерегулировку…

Я покосилась на розовую Орхидею. Она склонилась ко мне и прошептала:

— КАВ — это сокращенно от «кавалер».

— А семь…

— Кавалер номер семь, — с легкой ноткой тщеславия сказала Орхидея и улыбалась.

Ничего себе. Да у нее строгий учет ухажеров!

Бондин меж тем говорил в телефон:

— Уже доставлены? Куда? Ах, жена… Да что вы. Понятно, спасибо. — Он положил трубку. Посмотрел на нас: — Обновленные ключи от виллы доставлены в поместье «Золотые тополя» сегодня в пять двадцать утра по московскому времени. По просьбе… жены Весловского. Она звонила в три часа ночи и просила доставить их туда.

— Так они оба были в курсе! Они даже помогают Мелиссе! — возмутилась я.

— Ну-у, — протянул Бондин, — возможно, это сама Мелисса им позвонила. И представилась Повиликой Весловской. Как я сейчас ее мужем. — Потом он посмотрел на нас обеих внимательно и сказал: — Я собираюсь лететь на Канары. Кто со мной?

— Само собой, я еду, — сказала я.

— А я… — робко начала Орхидея, — я вам там понадоблюсь?

Она явно жаждала, чтобы инспектор ответил «да».

— Наверняка! — кивнул он. — Я просто умоляю вас поехать!

У него еще не прошло действие любовного эликсира? Кажется, Орхидея тоже подумала о чем-то подобном.

— Почему? — смущаясь, спросила она. И поглядела в его глаза с надеждой.

— Потому что нам может понадобиться магия, — сказал он, тоже немного смущаясь, но, видимо, оттого, что его неправильно поняли.

— Но Вика же глава клана, у нее магия в десять раз сильнее моей, — возразила Орхидея.

— Мне кажется, — начал инспектор, поглядывая на меня, — что Вика в данный момент и бутерброд не сотворит, потому что где-то потеряла всю магию.

— С чего вы взяли? — буркнула я.

— Вы же за все утро ничего не наколдовали, — сказал он. — Не дали же вы обет магического воздержания?

— У меня ее украли. То есть заморозили, пока я спала.

— Любопытно, — посмотрел он на меня задумчиво. — Льдинка?

— Снежок, — сказала я.

— Я слышала о таком! — вскричала Орхидея. — Нужен поцелуй влюбленного, чтобы тебя расколдовать! Как романтично! — Она всплеснула ручками.