Я замечаю вспышку в его глазах, похоже боли, но она так быстро исчезает, что должно быть мне это привиделось. Разве он может испытывать боль, если я уйду?

— Хорошо, — отвечает он совершенно ровно и нейтрально. — Мы что-нибудь придумаем, когда пойдем праздновать это событие сегодня вечером.

Я ощущаю странное чувство пустоты внизу живота. Такое чувство у меня было, когда умер мой кролик. Чувство потери. Вот и все. Это конец наших отношений, нашего времени, проведенного вместе. Я заставляю себя улыбнуться.

— Хорошо.

— Купи что-нибудь красивое на сегодняшний вечер, — бормочет он.

— Что?

— Я попрошу Софию открыть счет в хорошем бутике для тебя.

Я едва улыбаюсь ему. Мне хочется дотронуться до его лица, но я сдерживаюсь. Этот мужчина не для меня. Найджел — мой муж. Я отступаю на шаг назад.

— Я никогда тебя не забуду, Николай.

Он пристально смотрит мне в глаза, а потом говорит:

— Нет, я думаю, что забудешь.

— Ну, мне кажется, тебе лучше вернуться на свою встречу.

— Хммм…

Я отступаю на еще один шаг назад, а затем делаю два шага к нему, поднимаюсь на цыпочки и целую его в щеку.

Разворачиваюсь и убегаю, потому что мое сердце грустит.

ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ Стар

Вернувшись в свою комнату, начинаю вышагивать туда-сюда. Я понимаю, что стоит позвонить Найджелу. Мне следует сообщить ему хорошие новости, но по какой-то странной причине я не хочу. Я так и не сообщила ему, что отправила свою писанину в литературное агентство, и с моей стороны это похоже на предательство. Или возможно, я боюсь, что он скажет что-то такое, что испортит мою радость. Или я боюсь услышать его реакцию на то, что я в состоянии заработать деньги и стать финансово независимой.

Целую вечность я торчу в своей комнате, не зная, каким образом сообщить ему свои новости. В конце концов, я решаю, что пока ничего не буду говорить. Я скажу ему, как только решу свой вопрос с Николаем. Когда точно буду знать, что могу поехать домой. Так будет лучше. Более правильно. По любому я не хочу сообщать ему по телефону. Мне нужно видеть его лицо, как он отреагирует, когда я скажу ему о своем успехе.

Я звоню Синди, и она начинает визжать от восторга. Потом звоню бабушке. Дедушка берет трубку, и я сообщаю ему новость.

— Я неправильно расслышал, дорогая. Что ты сказала?

Я счастливо улыбаюсь.

— Нет, дедушка, ты правильно все расслышал.

— Триста тысяч фунтов?!

— Нет, триста пятьдесят тысяч фунтов, — нахально поправляю я.

— Брось шутить, маленькая обезьянка, — говорит он со смехом.

— Клянусь, я не шучу, дедушка.

— Боже мой, милочка. Это целая куча денег. — Он убирает трубку от уха и зовет бабушку.

С бабушкой все намного легче, потому что она поздравляет меня, я все подробно рассказываю, и в итоге мы смеемся, как сумасшедшие.

Днем Андрей отвозит меня в очень эксклюзивный бутик в Ноттинг Хилле. Как только я вхожу, ко мне направляется красивая женщина с блестящими темными волосами, одетая в гламурное двухцветное платье. Ей должно быть за тридцать или даже больше, но она не выглядит на свой возраст, скорее выглядит, как какая-то голливудская знаменитость.

— Здравствуйте, вы должно быть… Стар. — У нее хрипловатый голос, и она не англичанка.

— Да. Это я.

— И вам нужно что-то особенное, — говорит она с улыбкой, но ее улыбка не касается ее глаз. Она смотрит на меня почти с жалостью.

— Да, — неуверенно отвечаю я.

— Пойдемте со мной, я покажу вам, у нас есть очень эксклюзивные наряды, единственные экземпляры. Некоторые из них практически сняты с подиумов. — Она проводит меня к задней части магазина. — Я выбрала нечто особенное, думаю вам это подойдет.

Она проводит меня за занавески, где на стойке висят два платья.

— Я думаю, что красное будет идеально для вас, — говорит она.

Я подхожу к платью и прикасаюсь. Но меня что-то беспокоит. Мне не нравится эта женщина, и я не хочу ничего у нее покупать.

— Вам оно очень подойдет. Нико любит, когда его женщины в красном.

Нико.