Я аллергик. Всю свою жизнь. Причем аллергии у меня нет, наверное, только на воздух. Хотя… И тут можно поспорить. В связи с этим я сижу на строгих диетах и очень долго привыкаю к смене рациона. В Дрездене у меня была уже отлаженная схема принятия лекарств и продуктов питания. Поэтому я практически не замечала своей болезни. Но здесь приходится привыкать по новой. Ни те продукты, ни те лекарства, ни та жизнь. Именно поэтому мама долго упиралась с переездом. Но поскольку мы зависели от Бруно во всем, он просто не оставил нам выбора.
С трудом осилив маленькую порцию, я сразу проглотила таблетки и выбежала на улицу. До универа нужно было добираться минут двадцать пешком или пять на общественном транспорте. Но в автобусах меня тошнило, поэтому я старалась передвигаться на своих двоих. И из-за того, что мне в полдень была назначена встреча в деканате, пришлось поторапливаться.
На мое счастье, с оформлением документов никаких накладок не произошло, и мне очень быстро выдали студенческий билет. Ректор, зная отчима лично, с доброжелательной улыбкой пожал мне руку и передал привет Бруно. Ага! Конечно! Вообще без проблем! В душе бушевала буря, но на лице не дрогнул ни единый мускул. Молодец, Яся, я горжусь тобой! Ну, то есть собой.
— Ясинья, познакомьтесь, это Таисия. Моя дочь. Она учится с вами на одном курсе и с радостью все здесь покажет, — напутствует ректор, подталкивая ко мне симпатичную миниатюрную рыжулю с яркой заколкой на челке.
— Тася, — как-то не особенно радостно бурчит девушка и протягивает мне руку.
— Яся, — с улыбкой произношу ей и подмигиваю.
Девушка слегка улыбается и уже более дружелюбно говорит:
— А ты ничего…
Мои глаза медленно расширяются до размеров маминой любимой сковородки, а губы складываются в отчетливое «Ооооууу». Стою и, не моргая, смотрю на нее, не в состоянии сдвинуться с места. Тася замирает на несколько секунд, а потом непроизвольно зеркалит меня. Так и стоим с открытыми ртами, пока вдруг девушка не начинает громко хохотать.
— Ты что… подумала, что я из этих… — хохочет она, и из ее глаз брызгают слезы.
— Да, — искренне произношу я и почему-то тоже начинаю смеяться.
— Прости, детка, но ты не в моем вкусе, — со смехом выдыхает она. — Но, возможно, я еще передумаю.
— Это так мило. Буду с нетерпением ждать, — шучу, конечно, но почему-то сразу чувствую к этой девушке невероятную теплоту.
Так же было у меня с Люсей. Дружба с первого взгляда!
— Ладно, пойдем, я все тебе здесь покажу, чтобы ты не заблудилась. Сегодня было соревнование нашей команды с олимпийцами, так что нормальных занятий все равно не будет.
— Команды? — непонимающе спрашиваю Тасю.
— Да, гордость нашего института! — и она вдруг пренебрежительно закатывает глаза. — Если у них соревнования на нашей площадке, то, как правило, занятий в этот день нет. Все тусят и празднуют.
— Круто… наверное, — неуверенно выдыхаю, удивляясь такой беспечности.
Мы продолжаем болтать, я, не глядя, толкаю дверь и слышу сразу несколько окриков: «Князь, дверь»! «Яся, стой»! Дальше все происходит как в замедленной съемке: я шагаю и чувствую, как в меня на полной скорости влетает огромное, твердое, как мраморная плита, тело. На мгновение дух вышибает. Поднимаю глаза и вижу перед собой невероятные, почти черные глаза, которые пристально впиваются в меня, заставляя замереть. Громко выдыхаю через открытые губы и слышу грубое:
— Слышь, кукла, смотреть по сторонам не пробовала?
Кукла? Я? На себя бы посмотрел, парнокопытное! Моргаю, улыбаюсь и выдыхаю:
— А слона-то я и не заметила…
Глава 3
А все из-за этой пигалицы
с ее серо-голубыми глазами и пухлыми сочными губами…
©Глеб Юсупов
Башка трещала от похмелья. Вчерашняя вечеринка удалась на славу. Мы так самозабвенно отрывались, что сегодня приходилось расплачиваться за собственную беспечность. Батя Кирюхи закатил нам грандиозный сейшен с телками и выпивкой.