Алёшка был в эту минуту таким близким и родным, а чувства к нему настолько всеобъемлющими, что казалось, в мире кроме нас и нашей любви вообще ничего больше не существовало. Кружась в танце молодых, вдыхала неповторимый аромат мужа, гладила его мягкие тёмные волосы и тонула в изумрудных глазах, в которых явственно читалось дикое желание поскорее оказаться со мной наедине на брачном ложе. Сама с замиранием сердца предвкушала нашу первую близость уже в качестве супругов, а не просто влюбленной пары! Не могла дождаться, когда мы уже доберёмся до брачного ложа, где нас поглотит страсть и нежность, смешанные в один коктейль.
Особенно предвкушала реакцию Лёшки на известие о маленьком чуде, зародившемся внутри меня. Специально не сообщала любимому о беременности до торжества, хотела сделать свадебный подарок после первой брачной ночи. Сейчас же не терпелось увидеть его реакцию на мой сюрприз. Одновременно и молила время ускорить свой бег и приблизить наше соитие, и просила его замедлиться, растянув мгновения официального торжества любви.
Отошла с танцпола к столику с напитками и выпила бокал яблочного сока. Захотелось пообщаться со Светкой, поделиться с ней предвкушением брачной ночи и желанием поскорее увидеть реакцию мужа на новость о беременности. Я сама узнала о ней уже на этапе подготовки к свадьбе, разумеется, сразу побежала к подруге, не могла держать это в себе. Светка-то и подсказала не сообщать любимому о малыше раньше времени, а сделать свадебный подарок после первой брачной ночи. Мне эта идея очень понравилась.
Однако Светы нигде не было видно. Я стала озираться по сторонам, но никак не могла отыскать её изумрудное платье. Потому решила пойти проверить в уборной, заодно и личико освежить прохладной водичкой.
Я, тогда ещё счастливая невеста, раскрасневшаяся и запыхавшаяся после танцев, спешила по коридору в сторону дамской комнаты. На мне было вечернее изумрудное платье под цвет глаз любимого, максимально удобное для участия в свадебных конкурсах и танцах, в которое я переоделась уже после фотосессии. Кстати, Света для вечернего празднования купила себе практически идентичное моему платье: такого же оттенка и подобного фасона, чтобы мы гармонично смотрелись на фотках.
— Да-а-а... – притормозила, услышав сдавленный стон и характерные звуки соития.
— Тише, любовь моя, мы так… О, да… Всех гостей распугаем, – наставлял любовницу такой знакомый и родной голос… Голос моего мужа!
Отдышавшись, приоткрыла дверь и заглянула в образовавшуюся щель. Полоса света из коридора осветила абсолютно тёмное до того помещение и явила мне голый зад моего, теперь уже бывшего, супруга и раскинутые в стороны ноги лучшей подруги, на которых красовались те самые чудо-туфельки, что я сама ей и подарила к сегодняшнему торжеству. А изумрудное платье оказалось задранным до пояса, оголяя аппетитные формы мерзкой предательницы. Парочка монотонно покачивалась и издавала пошлые звуки и сладострастные стоны.
— Да, Лёшенька, да, сильнее! Как же долго я этого ждала… – страстным шёпотом призывала моя лжеподруга.
Они так увлеклись процессом, что даже не прервали своё соитие от звука открываемой двери! Невозмутимо продолжали совокупляться, размеренно двигаясь, охая и постанывая от удовольствия.
Я на секунду забыла, как дышать, тошнота подкатила к горлу, казалось, даже рыжие локоны в свадебной прическе зашевелились от ужаса: от двойного предательства сразу!
Облокотилась на стену и глубоко вздохнула, чтобы не потерять сознание, ведь в моём «интересном положении» это и немудрено, тем более на фоне резких потрясений. Ребеночка надо беречь, даже если его отец – подлец и предатель! Особенно стоило охранять и изолировать малыша от такого горе-папаши!
Понаблюдав еще несколько секунд за сексом двух предателей, с отвращением отвернулась, чтобы содержимое моего желудка под воздействием токсикоза и от мерзости происходящего не оказалось случайно на кафельном полу уборной.