— Прокатись до Арочной, хочу посмотреть, — Кирилл удивленно уставился на меня.

— На что смотреть? Дом как дом. Или собрался весь вечер караулить?

— Просто посмотрю. — Я не собирался ее караулить, но было интересно, где живет. А вдруг повезет, и она куда-нибудь выйдет из дома.

Через пару минут мы уже стояли напротив ее подъезда. Кирпичный сталинский дом, ухоженная территория, много зелени. Вокруг тишина, даже дети не играли во дворе. Наверно, по большей части здесь живут пенсионеры. Что я тут ждал — непонятно. Но страшно хотелось, чтобы она вышла из дома. Черт! Теперь буду думать об этом постоянно. Надо отстать от девчонки, Олю не вернуть, а Варя совсем не она.

Поехали домой, но мысли постоянно были о ней. Впервые за семь лет я будто снова ожил. На следующий день попросил Кирилла на своей машине проследить за ней утром и вечером, а сам поехал за рулем. Появилось что-то новенькое: ходит в тренажерный зал, хотя по ее фигуре это, итак, понятно. Через день встретилась со старшей сестрой, затем снова тренажерка. Никаких намеков на парней, что очень радовало, друзей тоже скорее всего еще не успела завести.

Я пытался увидеть ее на работе, пару раз даже наведывался к Баркалову днем, хотя раньше предпочитал приезжать после того, как сотрудники разбредутся по домам. Но ее так и не встретил. В конце недели отпустил Кирилла на выходные, а сам стал ожидать конца рабочего дня около офиса Баркалова.

***

Она вышла в начале шестого. Густые светлые волосы каскадом струились по плечам, небесно-синий костюм облегал аппетитные формы. Сразу заметно, что тренировки девушка явно любит и не пропускает. На лице счастливая улыбка — Варя с кем-то болтала по телефону. Направилась в сторону дома. Как только она отошла на сотню метров, отъехал от парковки и медленно последовал за ней. Красивая. Идет довольно быстро, решила пойти пешком. Мы уже поняли, что добираться на транспорте она не любит.

Девушка остановилась, и к ней в объятия прыгнула миниатюрная брюнетка, я уже знаю, что это ее старшая сестра. Вдвоем они пошли к остановке, а я стою неподалеку, жду как дурак, куда они отправятся. Так похожа на Олю. Светлые, счастливые воспоминания затеплились в сердце. Как она целует, как гладит мое лицо и плечи, такая нежная и хрупкая. Я целую в ответ ее округлившийся животик, Оля звонко смеется, на ее милых щечках появляются смешные ямочки. Потом провал… Помню аварию, которая все перечеркнула. Я подбегаю к искореженной машине, Оля там, она не дышит, повсюду кровь… Ее кровь. Серега уже рядом, я слышу его рев, а может это я кричу, как зверь. Приехала скорая, только констатируют: уже все, мгновенная смерть… Я тоже умер тогда, больше ничего не чувствовал. Серега пытался вытащить, даже Кирилл пытался. Пошло оно все к черту! Потерял ее и малыша. Уже семь лет каждый день только о ней и думаю, боль притупилась, осталась просто пустота.

Варя с сестрой запрыгнули в троллейбус, еду следом. Какого черта это делаю? Надеюсь, что она меня спасет? Сам не заметил, как за эту неделю изменился. Наконец-то стало волновать что-то кроме работы. Слежу, как маньяк, за этой девчонкой. Надо бы забыть о ней, но каждый день просто хочется увидеть ее. Это возвращает меня в те счастливые дни, хоть потом и становится больно.

Вот они вышли на остановке, рядом большой парковый комплекс, направляются к нему. Припарковал авто вближайшем проулке. Пошел за ними, держусь вдалеке, чтобы не заметила. Варя меня уже видела — может узнать. Старшая сестра показывает достопримечательности, Варя восторженно озирается вокруг, иногда останавливается и фотографируется. Хорошо, что сегодня солнечный день и в парке много людей, значит, можно затеряться в толпе. Почти час брожу за ними. Хочется подойти и поговорить с Варей, понять, что это не Оля и уже просто отступить, жить дальше. Но я продолжаю пялиться на девушку. Наконец решаю вернуться в авто. Черт бы побрал! Уже восемь вечера — я два часа следил за девчонкой, как идиот.

Вернулся в квартиру, поел заказанную в доставке еду, полтора часа стоял под горячей водой в душе и, кажется, всю ночь пялился в потолок, так и не заснув. Стоило закрыть глаза, как передо мной появлялся образ Оли, затем сменялся Варей. Пришло чувство вины, что мои мысли мог занять кто-то кроме нее.