— Туше! — фыркнула Дилайла, приподняла пальчиками подол юбки и поплыла к выходу.

Оказавшись у конторки, Мара выбросила из головы Джордана Леннокса, но когда пришло время выписать чек за картину, руки ее дрожали. Нежданная встреча не прошла даром.

Оплатив покупку, Мара уточнила, когда ее следует доставить к ней домой. Она сама вручит картину его королевскому высочеству, когда тот вернется из Брайтона. Отдав все нужные распоряжения, Мара затянула ленту своего ридикюля и направилась к выходу, где ее ждала Дилайла. Ей вдруг показалось, что она слишком резко разговаривала с подругой, и, приближаясь к ней, Мара сделала виноватую мину.

— Прости, дорогая, если я сказала что-то не так. Просто встреча с… с этой персоной меня расстроила.

Дилайла ответила ей серьезным взглядом.

— Он так много для тебя значил?

— Когда-то давно. Пока я не догадалась, что он притворщик, только и всего. Слишком хорош, чтобы быть настоящим, — со вздохом закончила она.

— Может быть, с тех пор он изменился?

— Ну, я думаю, мы оба изменились. К худшему. — Мара невидящими глазами смотрела вдоль Пэлл-Мэлл. Кареты все не было. — Не знаю. Когда-то мне казалось, что между нами есть что-то… прекрасное, светлое и такое чистое… Но очевидно, все это было только глупыми девичьими мечтами. Он уехал и даже не оглянулся. Поэтому я и оказалась замужем за Пирсоном.

Глаза Дилайлы расширились.

— Значит, Пирсон был у тебя вторым? — прошептала она и с пониманием покачала головой.

Мара грустно кивнула.

— Он понял это и не смог меня простить.

Дилайла задумчиво смотрела на подругу.

— Что с тобой? — спросила Мара.

— Пойми, дорогая, Пирсона больше нет, — ответила Дилайла. — Ты можешь делать все, что хочешь. Возможно, судьба дает тебе и лорду Фальконриджу еще один…

— Нет. У него был шанс, — оборвала се Мара. — Он не сможет снова причинить мне боль. Уж это я тебе обещаю.

— Все равно. Я в жизни не видела, чтобы ты так реагировала на мужчину, любого мужчину.

— Это потому, что он мне отвратителен. Я же тебе сказала.

— Ты ведь знаешь, как говорят: от ненависти до любви один шаг.

Мара фыркнула.

— Это не про меня.

— Ну и ладно. Вдруг ты бережешь себя для Джорджа.

Мара нахмурилась. Дилайла расхохоталась.

— А вот и мой экипаж. Au revoir, милочка. — Она потрепала Мару по щеке, кивнула лакею из «Кристиз», и тот распахнул перед ней дверь на многолюдную извилистую улицу. — Не забудь, завтра в семь часов! — крикнула Дилайла. — Приезжай пораньше, посплетничаем о гостях, пока они не приехали.

— Я же тебе сказала — не приеду. — Приедешь-приедешь.

— Если он будет, не приеду.

— Отлично. Раз ты уверяешь, что он тебя не интересует, тогда я буду развлекать его лично. Лично, ты слышала?

И Дилайла, оглянувшись с победоносным видом, прошествовала к своему экипажу, где ее встретил ливрейный грум и помог подняться в карету, откуда Дилайла с заговорщицким видом улыбнулась подруге и на прощание махнула рукой. Мара в растерянности осталась на тротуаре. «Я понимаю, чего она добивается, но из этого ничего не выйдет». Пусть забирает его себе!

Через мгновение верный кучер Джек подогнал экипаж Мары ко входу. С козел соскочил лакей, распахнул дверцу и развернул лесенку. Мара уселась и еще раз объяснила себе, что ей нет дела до того, соблазнит Дилайла Джордана или Джордан — Дилайлу. Плевать она хотела на этого человека! Сама она мечтает лишь о том, чтобы скорее вернуться к Томасу — средоточию всей ее жизни!

Вся любовь, на которую способно сердце Мары, предназначена только ему, ему одному! Ее ребенок получит все, что у нее есть. К тому же в этом чистом, невинном существе столько любви! Ее мальчик никогда не предаст ее, не причинит боли, как это сделали другие! Даже если Джордан по какой-то невероятной причине снова ею заинтересовался, это ничего не изменит. Будет так, как решила Мара. Она мать Томаса и не хочет становиться никем иным.

Глава 2

Порой случается так, что все твои планы рушатся. Получаешь задание, рассчитываешь на людей, а они отдаляются, предают, забывают свои обязательства и живут собственной жизнью. Когда это происходит, то правильнее всего не поднимать шум, а вести себя как джентльмен — вежливо поклониться и, справившись с болью, отойти в сторону, пожелав лишь на прощание, чтобы человек и в таком положении все же сумел найти счастье.