– Да чёрт с вами, будем одной командой искать! Так, первое задание. Смотрим похищение дедушки.

– Похищение дедушки. Сюр-порно какое-то…

– Рождественская комедия…

– Новогодний хоррор. «Под куранты без бухла…»

– Тихо!

Илья наводит камеру на телефон Лёши, который демонстрирует видео. Человек в плаще-палатке, угрожая Деду Морозу штопором, заставляет того продвигаться к ночному берегу Байкала. Дед Мороз смешно растопырил над головой руки и в ужасе мотает головой.

– Ну, оценили сложность? – Катя останавливает видео и смотрит на нас с Полиной. – Съёмка экрана телефона с телефона, что ухудшает качество изображения, учитывая оптические аберрации, трясущиеся руки наших друзей-алкашей, сумерки, человек в костюме, лицо практически полностью скрыто, плюс производит нетипичные действия. Он изображает, что ему страшно, это не повседневность. Что-нибудь слышали про распознавание по силуэту?

Полина испуганно хмыкает:

– У тебя глаза сейчас как у маньячки. Но мне нравится. Вот это страсть к работе.

– Ну если больше страсть эту девать некуда… Так что, найдём того, кто был Дедом Морозом, в современной реальности? Например, где он был, скажем… час назад.

– А кто был Дедом Морозом? – спрашивает Полина.

Катя жмёт кнопки, перекидывает видео в программу, вырезает ту часть, на которой Дед Мороз, выделяет его фигуру красным прямоугольником. Подключается к базе камер наружного наблюдения. Количество точек наблюдения сокращается, пока происходит сопоставление. Пространство расчищается, оставляя всё меньше прямоугольников.

– Даже сам процесс поиска выглядит красиво, правда, Макс? – она оборачивается и смотрит на меня снизу вверх. – Это прекрасно, когда всё лишнее отсеивается.

Уличная камера. На столбе напротив моего дома. Дома, где живёт моя жена с Ваней. И к нашей калитке подходит человек. Он мельком оборачивается, и когда его лицо попадает в объектив, Катя нажимает на паузу.

Повисает гробовое молчание.

Наконец, Полина его прерывает.

– Кто это? – спрашивает тихо, будто боится разбудить призрака.

И мне на секунду показалось, что я не удивлюсь, если этот призрак, этот человек на экране Катиного ноута, вылезет оттуда как девочка Садако из телевизора в фильме «Звонок».

– Чудеса! – я улыбаюсь и смотрю на Катю невозмутимо, хотя внутри всё распадается на куски.

– Что именно? Технология? Или воскрешение?

– Технология, конечно. Второе меня вообще не удивило.

Катя захлопывает крышку ноутбука:

– Ты знал?

– Нет.

– Чего именно ты не знал? Что он жив? Или что он ходит в гости к твоей жене, пока ты на работе?

– Да кто это, блин, такой? – Полина встала из-за стола.

– Это Серёжа, – Катя поворачивается к ней. – Тот, который бывший жених Даши. Представляешь, какой Макс хороший друг. Настоящий друг. Он тогда для Даши сюрприз такой придумал. Организовал приезд Серёжи к нам на Байкал. Всё оплатил. Соболева сияла от счастья, когда нашла Деда Мороза. Да, Макс?

– Подождите, подождите, подождите, – Полина хмурится, – как он мог час назад прийти в гости к Максу, если прошлой осенью покончил с собой?

– Судя по всему, он лишь хотел, чтобы все так думали. Ну, вряд ли он один, конечно. Иначе как ему удавалось бы столько времени скрываться? Кто-то наверняка помог организовать всё это, – Катя снова смотрит на меня. – Кому это могло быть интересно? Чтобы жених трагически исчез, а затем вернулся. Навестить бывшую возлюбленную, и она больше не бедная студентка. Благодаря удачному замужеству, которое можно выгодно расторгнуть.

– Спасибо за просветительскую лекцию в области технологий распознавания по силуэту, Катя, – кладу на стол снимки. – Фотки я нашёл, Полин, до завтра.

– Что, домой срочно стало надо? Хочешь их застать?

– Катя, ну перестань, – нежный голос Полины тонет в истеричном хохоте Кати.

– Точно, он просто спешит, чтобы не пропустить самое интересное! А что? Соболева и не до такого мужиков доводила. Один вон пропал без вести на целый год, Коля влез в долги, хотел заработать больше всех, чтобы баблом к себе Дашу переманить. Не удивлюсь, если выяснится, что Макс стал куколдом.

Катя прищуривается, словно ожидая удара.

– Да, вот так хорошо, – расплывается в улыбке. – Ты всегда смотрел сквозь меня, Макс. Будто я пустое место. Лучше ты будешь ненавидеть. Лучше так, чем равнодушие.