Все-таки в маленьком городе жизнь совсем другая. Спешить совсем некуда. Люди выглядят иначе, говорят иначе, ценят другое. Правда делать тут особо нечего. Зато природа какая. Уже полтора года тут, а никак не налюбуюсь. Деревьев так много, лес недалеко. А воздух такой чистый, что не надышишься. И Машке тут хорошо. я так переживала, как я тут одна буду с ней. Детки в ее возрасте то температурят, то колики у них, то еще чего. Но видимо Машуле тоже это место на пользу идет. За восемь месяцев никаких происшествий.

— Так, давай-ка ручки вот сюда, — одевая кофточку бормочу себе под нос. — Сейчас пойдем к бабе Клаве гулять.

Нужно взять Машкины любимые погремушки, а то как устроит сюрприз бабушке.

Ты глянь, опять она в огороде. Интересно, она вообще хоть когда-нибудь устает?

— Баб Клав! — окликнула ее, подойдя к забору.

— О-ой, кто это пришел ко мне?

Баба Клава начала дергать Машку за ножки, а та заулыбалась и давай хохотать.

— Баб Клав, посидишь с Машенькой часик? Я поеду Кристинку встречу.

— Конечно посижу. Мне старухе дите в доме только в радость.

Баба Клава жила напротив нас. Сын у нее умер лет десять, кажется, назад. А внучка уехала покорять Москву и про бабушку давно позабыла. Так мы с ней и подружились, заполняя пустоту в доме друг у друга.

Чем еще мне нравился этот городок, так это отсутствием пробок. До вокзала я домчала за десять минут. Как раз и Кристина сошла с поезда.

Бежит ко мне и кричит.

— Анна! Я тут! — машет руками, будто из пяти вышедших человек ее узнать было сложнее всего.

С разбега она запрыгнула на меня.

— Кристина! У меня сейчас швы от кесарева разойдутся! — еле вымолвила я под грузом ее тела.

— Ладно, ладно. Отлично выглядишь для матери восьмимесячного ребенка.

— Да не ври ты, я и расчесаться то не успела.

— Это я для поддержания беседы. Выглядишь ужасно. Ты спишь вообще?

— Да вроде сплю.

— Вроде?

— Ну, то сплю, то к Машке встаю.

Кристина начала рассказывать мне про свои патчи, якобы они спасут меня от мешков под глазами. Я так и не смогла доказать ей, что кроме полноценного здорового сна мне ничего не поможет.

Мы приехали домой. Баба Клава попросила оставить Машку у нее еще немного, пока спит, чтобы не разбудить. Так что у нас появилась возможность нормально поболтать.

— Что делать планируешь? Ты же не собираешься Машку тут растить?

— А почему нет? Ты же тут выросла.

— Я не только тут росла, меня родители каждые каникулы в разные лагеря отправляли. А для это работа нужна. И вот отец мой совсем не тут работал.

— Ну, может, я и тут найду чего.

— Ага, хлеб продавать в магазин пойдешь за копейки?

Я и сама это все понимала. Но что мне было делать, совершенно не знала. Тут мне хотя бы деньги почти не нужны. Живем мы тут бесплатно. Родители Кристины умерли, а дом у нее все равно пустовал. Да и на еду особо не трачу. Баба Клава каждое утро хлеб печет, приносит. Яйца домашние приносит. А на кашки у меня еще много.

— Слушай, может все таки… — она сделала паузу и смотрит на меня, выжидая, что я сама продолжу ее фразу.

— Нет! Даже думать об этом не хочу. С ним все кончено.

— Но..

— Кристин! Мы об этом уже говорили. Мы с Машкой сами справимся.

Одна мысль об этом человеке сводила меня с ума. Я ненавижу его. Так сильно ненавижу, что не могу слышать даже его имени. Но еще есть страх. Страх, что он узнает про Машеньку и заберет ее у меня. Нет, туда я никогда не вернусь.

Сейчас в нашей жизни есть два хороших человека, и я уже счастлива. Я не чувствую себя брошенной. У меня есть семья. Машуля, Баба Клава и Кристина. С Кристиной, кстати, мы познакомились в тот день, когда я нашла письмо. Я побежала в тот сквер, но та самая лавочка грусти была уже занята. Кристина ее заняла. Она тогда потеряла родителей, а я Давида. И мы протянули друг другу руку помощи.

Теперь в моей в жизни все хорошо. Мне одного только не достает. Работы. Машка растет, а мои деньги уже почти закончились. Нужно что-то придумать.

— Девочки, — кричит баб Клава. — мы пришли.

— Моя булочка проснулась! — Завизжала Кристина отбирая ее у бабы Клавы.

— Ну, рассказывай, как там в городе?

Бабушка налила себе чай и присела на стул.

— Ой, да как обычно. Шум, пробки, суета. Наконец-то отдохну тут с вами, — ответила Кристина.

— А ты чего задумчивая такая? — спрашивает у меня бабушка.

— Я хочу выйти на работу.