Боже, да за что мне всё это? Что я натворил в своей жизни такого, что мне теперь приходится расплачиваться именно вот так? Мне же папа предлагал свою помощь… Почему я отказался? Теперь подставляюсь самый и его в том числе. А сотрудники компании? Они на следующий же день уволятся. Китайцы оборвут с нами все деловые связи и вряд ли уже что-нибудь получится вернуть на круги свои.

На Яну не выйти в полиции. Мы так и не сходили, благодаря тому, что я, дурак конченный, решил позаботиться о девочке, и дал ей время отдохнуть и прийти в себя.

Зато я повел себя как благородный мужчина и не повелся на шантаж. Хоть Велена будет со мной. Хотя… Она же писала, что влюблены в другого. Но с этим тоже разберусь. После того, что произошло между нами, она не сможет думать о ком — то другом.

Я еще раз бросил взгляд на ноутбук Артема. На нем красовался конь, и вместо одного копыта у него был прифотошоплен фак. Ничего себе у меня секретарша. А по ее сиськам и не скажешь, что она способна на такое…

Придется все же позвонить отцу. Хотя бы рассказать, что ждёт наши жопы в ближайшее время. Может, поможет вырулить ситуацию. Беру в руки телефон в сотый раз за последние несколько дней.

— Бать, привет.

— Привет сын! Редко ты звонишь. Чего пропадаешь?

— Разгребаю дела. В общем, помнишь я говорил, что девушку с работы, которую я еще привозил к вам в гости, похитили, но потом нашли?

— Да, помню. Ты же мне сказал, что вроде как все уладилось.

— Дааа, не совсем оказалось. Пока я её высвобождал, меня засняли на телефон и поставили в обратной перемотке.

— Хе — хе интересно. Гениально я бы сказал. Так в чем проблема?

— Меня шантажировали и в итоге тот, кто это сделал, обещает выложить в сми сегодня вечером это видео.

— Спасибо, что наконец — то поделился. Надо было сразу все до конца рассказать. А так влипли по самые уши! Так, жди моего звонка. Буду по своим каналам пробивать.

Прошел почти весь день. Я ждал звонка от отца. Забыл? Вряд ли. Не помогут? Тоже нет. Но почему он тогда не перезванивает?

Мы с Артемом сидели у него в гостиной и залипали на огонь в камине. Умиротворяюще. Даже забываешь, кто ты, где ты, и какие у тебя жизненные сложности…

Друг включил телевизор, посмотреть, как наши сыграли в полуфинале за чемпионский кубок. Как обычно не выиграли. Не удивительно. Значит, не одного меня будут позорить толпы людей.

Телевизор прервался на выступление миловидной женщины, которая начала сообщать не очень — таки милую новость для меня:

«Срочные новости, директор фирмы «Новые Технологии» Владислав Андреевич Короленко похитил свою сотрудницу и удерживает на окраине города. Все материалы переданы для возбуждения уголовного дела». И кадры как я привязываю к стулу Валеру.

За * бись.

Артем взял из холодильника банки пива и подошел ко мне, вручая одну,

— Тост?

— Тост. За крах моего детища.

И выпили до дна.

Сразу после выступления ведущей позвонил мой отец.

— Сын, мы тут с мамой смотрели новости. Ты, наверное, уже понял, что мне не удалось настоять о невыходе этого репортажа. Я не знаю, какие связи там у человека который это затеял, но их было просто невозможно переубедить. Прости.

— Да ладно уже. Забей.

— Ты действительно привязал сотрудницу?

— Это обратная перемотка. Я же сказал.

— Так иди в органы. Это долго. Сотрудники уже завтра уволятся, а фирма встанет.

25

ВЕЛЕНА

Вечером в тот же день ко мне напросилась гости Аня. Захотелось ей вдруг посидеть, поболтать, разгрузить меня от моих депрессивных дум

Не стала ей рассказывать, что со мной уже была проведена терапия самим Владиславом Андреевичем, который выступал в роли моего личного сексуального психотерапевта.

Мы сидели на кухне. Аня привезла пироженки, поэтому мы пили чай с кремовыми пирожными, обсуждали курсы, что нового в ее жизни. В общем, тем для беседы скопилась целая уйма.

Как вдруг, мама зашла на кухню и уронила хрустальную вазу. Я обернулась. Она смотрит на телевизор и тычет пальцем в него и шепотом говорит:

— Что это Велена??? Как это получается, что ты здесь и в то же время, ты находишься непонятно где, и тебя связывают. Что вообще происходит, и что всё это значит??!

— Мамочка, не переживай, пожалуйста, — начала я её успокаивать. — Всё хорошо. Тебе лучше сесть.