— Он уже сделан и кстати, вы все туда приглашены! Только отпускать наших близняшек в магазин опасно! — подходит ко мне Лев, и целует в шею, а я всё не спускаю взгляда с Алика, как же они с Соней подходят друг к другу.

— Ну что дикая кошечка продолжим наши игры! Уверен ты выберешь костюм ведьмы! — шепчет ей на ухо Алик, но то, что мне в ней нравится, что она в любой ситуации может дать отпор. Хватает его за член через джинсы и ядовито шепчет.

— Береги свой пенис, вот возьму его и оторву, а с яичками буду играть.

— А может ты просто возьмёшь у меня в рот малышка.

— А может ты гребаный извращуга уже отлипнешь от меня. — её взгляд пронзает насквозь, да жаркий вечерок нам предстоит.

Глава 35 Расправа

От лица Юли(дочка Хрона)

— Ещё Мохито — швыряю свою сумочку на барную стойку, теперь я могу позволить себе пить, только это дешёвые пошло. Папу посадили на двадцать лет в тюрьму, а мне приходится теперь скитаться и жить на съёмной квартире, отличная перспектива Юлечка.

— Деточка женский алкоголизм очень тяжело лечится. Появляются преждевременные морщины, и на твоё место встают долгожданные соперницы. — садится на стул какая- то блондинка в красном роскошном платье.

— Кто вы? Знаете, я не настроена на беседу.

— Тише, давай я закажу тебе коньячку, ведь только он способен вылечить боль, которая поселилась тяжким грузом на сердце. Папочка в тюрьме, а Лев нашёл своё счастье с другой, коварный мерзавец! Но мы все его хотим — она будто нажала на больную мозоль, била точно в цель.

— Он выбросил меня, как куклу, а папу разорил.

— Бедная девочка, сколько же слёз ты оставила на подушке, и сейчас всю свою любовь он подарит этой Ксюше. Жизнь несправедливая штука, а ведь если бы не было её, то ты могла стать его женой. Это Ксюша, хуже самой ужасной чумы.

— Перестаньте, мне итак больно. Хватит, я попрощалась со Львом — подношу к своим губам бокал Мохито, как слышу её гадкий шёпот.

— В этом мире за всё нужно платить. И если ты действительно любишь своего единственного, ты должна бороться.

— Но как? Лев не любит меня, кто вы? Может уже хватит, говорить загадками? — пугаюсь, когда она с горла пьёт элитный коньяк, и даже не закусывает.

— Моё имя Диана, и так уж вышло, что я бывшая жена Льва, для которой он писал свои первые стихи. Та, с которой он стал диким дьяволом.

— Он был женат?

— Долгая история, я здесь из-за другого. Мне больно лишь за тебя. Я хочу помочь юной принцессе. Смотри, у нас с тобой волосы одного оттенка, мы сможем стать настоящими подругами! — шепчет на ухо, но я уже довольно плохо соображаю, видимо бармен немного переборщил с ромом в Мохито.

— Как же мне его вернуть? Ведь, когда он смотрит на меня я мечтаю лишь о его поцелуях— заплакала так сильно, а эта блондинка положила мою голову к себе на грудь.

— Бедная девочка, мы отомстим за каждую твою слезинку.

— Но как?

— Всё просто тебе нужно отравить Ксюшу. И когда её сердце остановится, Лев станет твоим. — её предложение подвергло меня в шок.

— Но это же преступление. Я не смогу.

— Всё ясно, ты слабачка, а говорила, что любишь его до безумия. Не верю — хочет встать со стула, как я её останавливаю.

— Стой, да я люблю его.

— Докажи! Просто заставь попробовать это шампанское его любимую Ксюшу, и как только её язык соприкоснется с ароматным алкоголем, она умрёт.

— А разве нет другого способа вернуть Льва? Прошу вас, я не хочу никакого убивать.

— Что ты? Разве это убийство, это деловой подход. Сегодня в семь, в здании офиса Льва, который он переделал во дворец и всё это ради своей тупуголовой Ксюши, пройдёт праздник. Так вот избавься от дряни, которая не заслужила Льва. Нашего с тобой Льва — покидает бар, а я сжимаю от злости бутылку, она права пора заканчивать с тварью, а то жизнь показалась ей маслом.

От лица Сони.

Сестрица решила меня надеть словно куклу Барби, тут ничего не скажешь.

— Упасть нет встать, да этот извращуга кончит прямо в свои трусы! — стою я в шикарном костюме вампирши, а Ксюша не перестаёт смеяться.

— Ах бедный Алик, вот за что ты его так?

— Как так? Меня до жути раздражают его глаза. Хотя не спорю, ну слишком сексуальные — поправляю выбившуюся прядь, как Ксюша смеётся.

— Так, сестричка кажется втрескалась.

— Я?Нет, да чтобы Соня позволила этому конченному кретину коснуться своими сопливыми губами.