— Он циничен, груб, насмешлив. Ему на всех по-барабану! И на тебя тоже. Может выдать какой-нибудь неадекват. И вообще у него девушка есть. Видимо поссорились, и он решил ее нагнуть. Тина не выносит таких, как ты. Ее это заденет.
— Плебеек? — улыбаюсь я.
— Ну ты же сама всё понимаешь, — разводит руками.
— Здорово, что ты не такой, — опускаю взгляд, пряча настоящие эмоции. — Если бы не пообещала Сэму, то конечно с удовольствием бы пошла с тобой.
— Да что ты?! — зло.
Решетов!
Как я не заметила, что он подошёл?
— Прямо таки с удовольствием? Трусы прикрой чем-нибудь, — недовольно смотрит на мои короткие шортики. — Вся общага уже твою задницу обсуждает.
До меня доходит, что разговаривая с Рафом, я совсем забыла, что стою здесь, как китайская девка на панели!
Кровь бросается в лицо, ослепляя.
— Решетов, иди дальше, — недовольно. — Не лезь в чужой разговор. Тебя вообще ее вид не касается.
— Это тебя не касается, то, что меня касается. Отдыхай, Дагер!
— Так, стоп, — испуганно раскрываю я ладони. — Уходите! Оба!
— Все по комнатам! — разгоняет тусующийся народ Алла. — Отбой.
Сверкнув друг на друга глазами, расходятся.
— Ася, что за вид?! — с ужасом смотрит на меня Алла.
— Ужасный, я знаю… — зажмуриваюсь я. — Туфли разнашиваю, а тут…
— Брысь! — взмахивает мне кистью.
Прячусь за дверь.
Ух…
Семён
Горячая волна обдает с головы до… ооо! И я подлетаю на кровати, слепо оглядываясь. Тело передергивает от "голода".
Сон, мать его…
Устинова, чтоб её!
Со стоном падаю обратно на подушку, протираю лицо ладонями. Тянусь, разминая тело и пытаясь успокоить дыхание. Губы горят так, словно целовал не во сне, а в реале.
Зараза! Вот влип… Не идет из головы, хоть убейся!
— Решетов! — угорает Макс. — Ты чо там? Вдохновился вчера хентаем?
Зажмуриваюсь.
Да уж! Как теперь развидеть это?
— Есть немного, — честно признаюсь я.
— Мне тоже зашло.
— Ээ… — вытягиваю из-под головы подушку, не глядя швыряю в сторону его кровати.
— Ты чего?! — смех. — Ревнуешь?
— Макс, я должен тебе кое в чем признаться.
— Только не каминг-аут, братан! Я тебя грохну!
— Идиот.
— Ладно. Что там? Удиви.
— Устинова…
— Ну ясен пень! — цокает. — Не удивил. Могу даже продолжить за тебя.
— Попробуй.
— "Хочу не могу"?
Вздыхаю.
— Всё гораздо хуже. Мы — сводные. Вот та сука, про которую я тебе рассказывал — её мать.
— О-хре-неть.
— Но и "хочу не могу" — тоже.
— А чего молчал?
— Бесит она меня. Не хочу никаких параллелей между нами.
— Мм. Я так понимаю, это секрет?
— Ну, как тебе сказать. Тина знает. Возможно, знает Рита. Если Устинова с кем и поделилась, то только с ней.
— С Дагером могла.
От этой мысли меня передергивает повторно.
— Может ему нос сломать?
— Ты и так уже утонул по штрафах. Как отрабатывать будешь?
— Не знаю. Может, на конюшню попроситься? Покататься хочу.
— Да, я бы тоже туда пошел.
Скидываю Алле смс, что с понедельника готов пахать на конюшне.
В классе, как обычно, не могу отключиться, потому что сзади в метрах трех чувствую её затылком. И если раньше, я чувствовал просто дикое напряжение, то теперь, расслабившись и приняв тот факт, что запал на сводную, ощущаю, что словно кто-то ведет едва касаясь коготками в этом месте. Мурашки…
И что мне с ними делать?!
Ничего я не собираюсь делать с ними. Надо дожить как-то этот учебный год. Потому мы поступим в разные места и всё остынет. Может, остынет и раньше.
Сегодня у нас защита проекта по химии. Я, Макс и Марика сидим в центре класса, сдвинув две парты. Но Агния решила не присоединяться, сев позади на соседний ряд. Между ней и Марикой искрит от негатива.
Стоцкий все еще в изоляторе. И мы защищаемся неполным составом. Ждем преподавателя.
— Зачем мне химия? — страдальчески закатывает глаза Марика. — Это же для нищебродов, которые будут потом в научных институтах сидеть или преподавать. Нет, я там понимаю — право, политэкономика, языки… Даже литературу могу понять. Но вот это вот всё… атавизм!
— Для общего развития, — на автомате отвечаю я.
— Ага, беседу с принцем Уэльским поддержать! — фыркает она.
— А Вы, уважаемая Марика, — уловив разговор выходит препод, — в какой сфере планируете развиваться?
Присаживается к нам за стол.