— Успокойся, успокойся, моя дорогая! А то температура опять поднимется! Какое домой! У тебя еще сильный кашель! Нужно снова рентген сделать. Я так просто, пошутила.

После этого разговора Тамара Федоровна решила пока не подступаться к Алине с подобными предложениями, а действовать другим способом.

***

Мать Алины с удовольствием гуляла по дому, когда хозяин отсутствовал, и не уставала восхищаться, как же красиво живут люди. По началу, она хотела завести дружбу с Наташей, чтобы узнать побольше про Строгонова. Но работница отвечала односложно, как автомат, и только на вопросы, которые касались готовки, уборки и распорядка дня.

Со Строгоновым Тамара Федоровна разговаривала в основном за ужином. Вся беседа сводилась к самочувствию Алины.

Прожив неделю в богатом особняке, матери Алины совсем не хотелось возвращаться в свою маленькую трехкомнатную квартирку.

Дочь понемногу начала выздоравливать, поэтому женщина лихорадочно думала, как сделать так, чтобы породниться с бизнесменом. Она выходила из себя, видя, что Алину совершенно не волнует возможность разбогатеть.

Однако Тамару Федоровну подогревал тот факт, что Строгонов влюбился в Алину. Она сразу поняла это. «Иначе, зачем бы он так возился с ней. Не из гуманных же соображений, на самом деле!» — думала женщина.

Тамара Федоровна ждала нужного ей разговора. То, что он скоро последует, женщина была уверенна. «Вот только бы так повернуть дело, чтобы и для себя извлечь пользу на старости лет», — думала она.

И этот день настал. Вернее вечер. За ужином Строгонов спросил Тамару Федоровну:

— Я слышу, что Вы иногда по утрам кашляете. Алина говорила мне, что у Вас астма.

— Да, — настороженно ответила женщина, не понимая, куда клонит хозяин.

— У меня в Италии есть дом. Там прекрасный климат. Астма Ваша прошла бы в два счета, — сказал Артем Сергеевич, как бы, между прочим, не переставая жевать мясо.

Тамара Федоровна уронила вилку, извинилась и полезла под стол доставать.

Когда она выпрямилась, глядя на Строгонова, как кролик на удава, то Артем Сергеевич уже закончил трапезу, и вытирал жирный рот салфеткой. Он выдержал паузу, показывая тем самым, что хочет сказать, что-то важное, а затем произнес:

— Я хочу жениться на Вашей дочери. Если Вы мне поможете, то поедите жить в Италию.

Тамара Федоровна сглотнула слюну и ответила:

— Я помогу. А как?

— Это уже Вы должны знать, как? — хозяин поднялся из-за стола, попрощался и стал подниматься к себе в комнату на второй этаж.

С этого дня у Тамары Федоровны участились приступы астмы. Она кашляла так громко и продолжительно, что Алина просыпалась и шла в ее комнату, успокоить мать. Но той становилось все хуже. Наконец, пришлось вызвать доктора. Пришел тот же господин, который лечил Алину и забрал Тамару Федоровну на обследование к себе в клинику. По результатам было установлено, что состояние здоровья Тамары Федоровны резко ухудшилось, и ей срочно требуется лечение за границей, желательно в Италии.

Алина, сама еще не отошла от болезни, теперь сильно переживала за мать

— Это у тебя из-за меня здоровье ухудшилось. Ты много нервничала и вот результат, — говорила она маме, гладя ее по голове.

Тамара Федоровна лежала в постели, безнадежно глядя в потолок.

— Что же делать? — рассуждала Алина, — может у нас в России клинику поискать. Все же дешевле выйдет.

— Можно и у нас, — безжизненным голосом отвечала Тамара Федоровна. — Только у нас быстрее в гроб загонят, а в Италии такой климат, что сразу бы помог мне выздороветь.

Однажды под утро у Тамары Федоровны случился такой приступ, что она чуть было, не задохнулась. Женщина упала на кровать, когда Алина вбежала в ее комнату. Она стала судорожно трясти ногами, схватив себя за горло, так как ей не хватало воздуха.

Алина ринулась к ней и стала искать ингалятор. Наконец, он обнаружился под кроватью, когда Тамара Федоровна, чуть было, не отдала концы.

Этот случай сильно напугал Алину.

Вечером того же дня к ней в комнату зашел Строгонов.

Алина сидела на кровати вся в слезах. Она не знала, как помочь матери. Артем Сергеевич подошел к ней поближе и взял ее за руку.

— Алиночка, Вы знаете, как я к Вам отношусь?

— Да, я Вам очень благодарна, — сказала Алина, вытирая слезы. — Вы ко мне относитесь, как к дочери. Столько делаете для меня!