Потихоньку он добивается моего доверия. Это лишь начало, но его открытость и прямота для меня гораздо важнее красивой внешности. — Ты ещё в отпуске? — Осталась неделя.

— от части расстраивает, что отпуск подошёл к концу, но и от части хочу вернуться к любимой работе. — Прости, но это замечательно. Буду видеть тебя чаще. — искренне обрадовался он.

Я рассмеялась. — Ты такая красивая, когда улыбаешься. — серьёзно добавил Евгений. Его взгляд не отрывался от моего рта.

От смущения не могла вымолвить и слова. Они будто застряли в горле. Щёки вспыхнули, ели остановила порыв прикрыть их ладонями. — И мило смущаешься.

— вновь улыбнулся он. — Прекрати. — отвела от него взгляд. — Не прячь свои небесные глаза.

Я посмотрела на него, стараясь придать себе серьёзный вид. Но прямой взгляд зелёных глаз в очередной раз смутил. — Предлагаю съесть какой-нибудь десерт. — Я страшная сладкоежка, потому за.

— схватилась за возможность перевести разговор в другое русло. — Тогда выбор за тобой. — Тирамису. Нежный, со вкусом кофе.

— С удовольствием отведаю, хоть и редко ем десерты. Евгений подозвал официанта. Заказ был принят и принесли его довольно быстро. Каждой ложкой наслаждалась от души.

Сегодня праздник для моего желудка. Вечер подошёл к концу. Евгений, как истинный джентльмен отодвинул мой стул, взял мою руку, чтоб помочь встать, потом сам же переложил её себе под локоть и повёл к выходу. Ехали обратно мы не спеша.

Болтали о книгах, обсуждали любимых авторов, затем плавно перешли к любимым городам. Он в отличие от меня объездил пол мира. Его рассказы укрепили моё желание попутешествовать по свету. Познания Евгения восхищали, он подобно губке впитал в себя всё, что узнал и увидел.

Мы подъехали к моему дому. Он остановил у самого подъезда. Не позволил выйти из машины самой, открыл дверцу и снова подал руку. — Спасибо за прекрасный вечер Александра!

— он нежно коснулся губами моей руки. — Можно Саша. Это тебе спасибо Евгений. Он улыбнулся.

— Можно Женя. — Ну, тогда спасибо за вечер Женя. — Спокойной ночи Саша! — Спокойной ночи!

Евгений наклонился и поцеловал меня в щёку. Его горячие губы не вызвали трепета, но тепло на душе однозначно. Женя не уехал, пока не зашла в подъезд. Ужин прошёл лучше, чем предполагала.

Убедилась в правильности своего решения. Он тот на кого можно положиться. Ему не до развлечений, играть в любовь не в его стиле. В гостиной царили чистота и порядок, Ленка постаралась.

Сняла обувь, стянула платье и залезла в душ. После душа надела прохладный шёлковый пижамный комплект из шорт и топа с тонкими бретельками. Приготовила чай со льдом и устроилась за столом. В планах окончить хороший день несколькими новыми страницами в своей книге.

За печатной машинкой время летело быстро. На настенных часах пробило час ночи. После вкусного ужина и приятной компании предложения лились рекой. Как полные листы сменялись чистыми и не замечала.

Улыбаясь увеличившейся стопке на столе, потянулась на стуле. Неожиданно раздался громкий стук. Чуть не свалилась со стула с перепугу. Кого принесло в столь поздний час?

Тихо подошла к двери и взглянула в глазок. Стас уже во всю жал на дверной звонок. Он так всех соседей перебудит. Сердце подпрыгивало от каждого стука в двери.

— Открой. Я знаю, что ты не спишь. Свет горит в окне. Что его так рассердило?

Беспокоясь, что Орлов разбудит старушку в квартире напротив, распахнула дверь. Совершенно забыв, что на мне пижама. — Где он? — Стас носился в гостиной злой, как собака.

Красивое лицо перекосило от гнева. — Ты о ком? — в недоумении наблюдала за ним. — О том кто лапал тебя у дома.

— впервые чей-то взгляд пугал по-настоящему. — Женя уехал. — Ах, Женя. — Орлов медленно подходил ко мне.

Его шаги отдавались в груди сильным стуком сердца. Не понимая в чём причина гнева, отступала до тех пор, пока не упёрлась спиной о стену. — И чем он лучше? — нотки злости в голосе серьёзно встревожили.

— Он старше. — не подумав, ляпнула первое, что пришло на ум. — Так вот оно, что. Значит я в твоих глазах сопляк.

— взбесился Стас. Он размахнулся и ударил кулаком о стену. От удара на костяшках выступила кровь. — И потому ты позволила ему распускать руки.