Погружаюсь в свои мысли, пока не вижу, что весь шум и разговоры стихли за столом и места все заняты, за исключением двух кресел в главе стола.

Дверь зала открывается и к нам заходит наш директор, Вячеслав Всеволодовичь. Мужчина лет пятидесяти, немного полноватый, всегда с серьезным лицом.

— Добрый день. Сегодня у нас не рядовая планерка… — вижу, что разговор мужчине дается нелегко и он торопится. — Я давно хотел объявить, что дела нашей компании немного пошли на спад, что в нашем деле непростительно…Конкурентов много, а гос. контрактов мало. Поэтому я решил продать основную часть своих акций компании и счастлив сказать, что теперь у нас новый акционер и директор… — он выдерживает паузу и объявляет, словно после его слов мы должны еще и аплодировать, — Демидов Михаил Родионович. Я буду по прежнему занимать пост директора, но по всем важным финансовым и юридическим вопросам мы будем обращаться к нему и согласовывать с ним.

В зале после тишины, начинаются громкие обсуждения, но их Вячеслав Всеволодовичь прерывает.

— Я его пригласил сегодня сюда, чтобы вы смогли с ним познакомиться. Михаил Родионович, пожалуйста входите.

Около пятидесяти пар глаз устремляются на дверь коференц — зала и словно в какой-то дешевой мелодрамме я вижу человека, которого больше всего ненавижу. Демидов. За пять лет он возмужал, исчезла сережка в носу, одет в дорогой синий костюм под цвет глаз, гладко выбрит, волосы такие же черные, он словно увеличился в объемах, такой же худой, но поджарый, плечи широкие, шаги уверенные и взгляд такой же колючий.

Он уверенно идет к нашему директору, пожимает его руку и поворачивается к нам:

— Добрый день, — и садиться в кресло рядом с Вячеславом Всеволодочем.

Меня словно окатили холодной водой, а потом кинули раскаленный электрический провод под 2000Вт. Я может быть умерла и попала в ад? Его равнодушный взгляд скользит по мне, не узнавая и в это мгновение, я не знаю, что больше всего испытываю: разочарование или радость.

Как же повзрослел, ему наверное будет около 28.Если раньше был смазливым мальчиком, то теперь превратился в красивого мужчину, от которого просто веет властью и деньгами. Все остальные сотрудники словно замирают и перестают дышать от одного его взгляда.

Холодный, неприступный и циничный-вот он весь, Демидов Михаил Родионовичь.

Ненавижу тебя всеми силами души. Я знаю, какой ты на самом деле. Ты такой же, как твой отец, хоть и не биологический. Правда, он не дал свою фамилию, только отчество и даже этого хватило, чтобы ты превратился в такого же омерзительного человека, как он.

— У нас намечается контракт с западной компанией, документы скоро пришлют по почте. Я узнавал, что в нашей компании есть целый штат юристов, просьба ознакомиться с контрактом и обговорить его со мной. Финансистам, приготовить смету за прошлый год, отчеты о сегодняшнем состоянии дел, собрать всю бухгалтерию. Мне нужна также статистика роста прибыли. Я не потерплю лень и не пунктуальность. Менеджерам пора согласовывать свои вопросы с рекламщиками нашей компании и остального. Всем все понятно? Такие планерки будут проводиться каждую неделю в понедельник утром. За неявку будет штраф, его вычтут из вашей зарплаты.

Все, кто сидит в зале замерли в первобытном страхе и шоке, пусть наш бывший шеф был строгий, но не настолько, чтобы опускаться до штрафов. Некоторые даже побледнели.

— А теперь прошу по очереди представиться, кто, где работает и какая должность, — произносит он своим немного хриплым голосом.

Масса начинает по очереди вставать и представляться, а я думаю и считаю людей по мере пребывания моей очереди.

Я немного изменилась, покрасилась в каштановый цвет, волосы подросли, фигура по-прежнему в норме, но возможно он меня все-таки не узнал. В его жизни, таких девчонок было море, помню он даже Машку использовал и бросил, как ненужную вещь.

Очередь доходит до меня. Встаю, хорошо, что сегодня в черных классических брюках и в бежевой рубашке, застегнутой чуть ли не до горла. Все-таки имидж юриста не позволял одеваться свободно, а в стиле я предпочитала классику.