— Одно из моих любимых вин. Мне нравятся медовые и ежевичные акценты, — говорит она, поставив бокал на скамейку и повернувшись ко мне. — Я хотела извиниться перед тобой, Синди. Я была такой сукой по отношению к тебе все это время.

— Все нормально, — тихо отвечаю я. Она выглядит такой искренней, но я все равно до конца ей не верю.

— На самом деле, я не такая, — добавляет она. — Но ты не понравилась мне уже заранее, до того, как познакомилась с тобой. Если бы я относилась к тебе по-другому, то мне было бы все равно, как Алекс с тобой поступает. Но дело в том, что ты мне нравишься, и мне кажется, что ты заслуживаешь узнать правду. Прости, что не он, а я все расскажу тебе, как обстоят дела на самом деле.

Вот оно, началось. Но продолжаю смотреть на нее совершенно невинными глазами.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне жаль сообщать тебе об этом, потому что вижу насколько ты без ума от него. — Она глубоко вздыхает. — Он использует тебя, Синди. Ты — пешка в игре, правила игры, которой не знаешь. Как только он одурачит бабушку, то бросит тебя.

Петра же не в курсе нашего делового соглашения с Алексом, так ведь? Тогда, о чем, черт возьми, она говорит?

— Хватит загадок, просто скажи то, что собираешься мне сообщить, — резко говорю я.

Она на мгновение опускает глаза на свой бокал, затем поднимает на меня, взгляд уверенный.

— В завещании бабушки есть один пункт, что Алекс получит все ее состояние, если женится до ее смерти. Если же он не женится, то все бабушкино наследство, все, что ты видишь кругом и довольно многое, о чем не знаешь, перейдет в трастовый фонд для поддержания поместья, оставшаяся часть будет разделана между членами семьи. Понимаешь, если не будет настоящей свадьбы, Алекс не получит ни денег, ни дома.

Я тупо смотрю на нее. Сказать, что у меня земля ушла из-под ног, словно ничего не сказать. Она, словно столкнула меня в пропасть. Мне кажется, что я падаю вниз, пытаясь закричать, машу руками, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь, чтобы замедлить свое падение, но вокруг только воздух, который совершенно не удерживает меня. В данную минуту я не знаю, кому и чему верить. Может это еще одна ложь, как и призраки?

Я не отвожу от нее глаз.

— В моей комнате живет призрак, Петра?

Она неловко переминается с ноги на ногу.

— Прости за это. Мы не могли устоять. Мы не хотели причинить тебе вреда. Но то, что я говорю сейчас — правда. Если ты мне не веришь, спроси у Алекса. Он может, конечно, тебе соврать, но ты все равно поймешь по выражению его лица врет он тебе или нет. Влюбленная женщина всегда поймет, когда мужчина, которого она любит, лжет ей.

Может это правда? Неужели наши отношения с Алексом — ложь? Возможно, его план заключался в том, что я не смогу остановиться, проявлю инициативу, он отдаст мне часть казино, если я выйду за него замуж? Или он точно был уверен, что я влюблюсь в него? Он обладает необузданным сексуальным магнетизмом и чистой мужской красотой, поэтому я не могу представить себе ни одну девушку, которая бы не влюбилась в него. По правде говоря, если бы он попросил меня выйти за него замуж сегодня, я бы согласилась. Ради него, ради бабушки, ради себя…

Но то, что сказала мне Петра скорее всего не правда. Алексу не нужно бабушкино богатство. Это и понятно. Затем я вспоминаю всех тех миллиардеров, которым уже далеко за восемьдесят и девяносто, но они продолжают работать каждый день, отправляясь в свой офис в дождь и снег, чтобы заработать еще больше денег, которые никогда не смогут потратить, учитывая сколько времени им осталось передвигать свои кости.

Но Алекс любит бабушку. Я знаю, что он по-настоящему ее любит. Я должна верить ему, а не Петре. Я имею в виду, что эта женщина сейчас заставила меня задуматься и полностью изменила мое мнение о многом. Хотя Петра мне не нравится и никогда не нравилась.

— Ты ведь не сердишься на меня за то, что я тебе все рассказала? — Спрашивает Петра, выводя меня из своих мыслей.

— Нет, — вру я. Я хочу, чтобы она поверила мне, что я заинтересовалась ее рассказом.

— Но ты ведь веришь мне, правда? — настаивая интересуется она.