Я улыбаюсь и киваю, он выходит из моей комнаты. Мысли о Петре и Анастасии мгновенно исчезают, как только я поворачиваюсь, чтобы получше разглядеть свою комнату без него, постоянно меня отвлекающей. Комната огромна, по крайней мере, в два раза больше моей спальни дома, а у меня большая спальня. В центре стоит чудесная кровать с балдахином. Постельное белье пепельно-белое с великолепным замысловатым старинным кружевом. Белая тюль каскадом спускается со столбов. Кровать, словно для сказочной принцессы. В детстве именно в такой кровати я представляла себе Спящую Красавицу, когда появился принц, чтобы разбудить ее своим поцелуем.

По обе стороны кровати стоят потрясающие синие прикроватные тумбочки. У одной стены большой белый с резьбой двойной шкаф и такой же комод с большим овальным зеркалом на нем. Стены белые с голубоватым оттенком, на деревянном полу, как мне кажется, лежит персидский ковер. Он занимает большую часть комнаты. Из комнаты ведут три двери. Та, что справа — в комнату Алекса, и я решительно отодвигаюсь от нее подальше, будто приближение к ней может соблазнить меня войти к нему.

Я открываю первую дверь слева и вижу огромную ванную комнату. Свободно стоящая, на когтистых ножках-лапах ванна занимает центральное место. В углу находится большая душевая кабина рядом с широкой раковиной. Туалет спрятан за небольшой перегородкой по пояс. Эта маленькая причудливая перегородка делает ванную комнату одновременно непривычной и чопорной, я улыбаюсь про себя, выходя из нее и направляясь к другой двери.

Ожидая увидеть за ней гардеробную, но была приятно удивлена, увидев великолепную удивительно современную гостиную. Белый кожаный диван, который выглядит мягким и удобным, стоит у стены напротив огромного телевизора с плоским экраном на стене. Стена напротив двери полностью заставлена полками, половина которых занята книгами, а другая половина-DVD и компакт-дисками. Я уверена, что даже, если проживу здесь год, то все равно не пересмотрю все эти фильмы и не перечитаю все эти книги. В углу стоит внушительная лестница на платформе с колесиками, вероятно, чтобы я смогла добраться до книг на верхних полках.

Я бросаю взгляд на часы. Я не хочу опоздать на ужин. Еще рано, и я решаю распаковать вещи и принять душ. Я хочу приберечь ванну до того момента, когда у меня будет время хорошенько в ней понежиться.

Я быстро распаковываю свои вещи и обнаруживаю шкаф, забитый вешалками для одежды. В комоде нахожу фен. Все лучше и лучше. После освежающего душа я возвращаюсь в спальню, одетая в пушистый халат, сушу волосы перед овальным зеркалом. Оно старое, и серебро с той стороны стекла потускнело от времени. Оно напоминает мне зеркало, которое было в спальне моей бабушки. После этого я накладываю макияж, а затем наступает трудная часть. Что мне надеть? Судя по тому, что персонал в этом особняке ходит в униформе, можно с уверенностью предположить, что это не будет обычный семейный ужин, куда люди могут заявиться в джинсах и футболке.

Явно что-то официальное…

Я не хочу в первый же вечер совершить оплошность. В конце концов, я останавливаюсь на верном выборе, выигрышным всегда. Черное коктейльное платье, не имеющим глубокого выреза, обычного стиля, даже для богатого воображения. Я надеваю черные туфли на каблуках и осматриваю себя в большое зеркало, висящее на дверце шкафа. Поворачиваюсь спиной, потом голову, чтобы увидеть себя со спины. Надеюсь, я поняла все правильно. Без сомнения, если ужин обычно проходит в более непринужденной обстановке, Алекс скажет мне, прежде чем мы спустимся вниз, и я быстро переоденусь во что-нибудь другое.

У меня есть еще десять минут до встречи с Алексом в коридоре, и я решаю позвонить Розе. Достаю телефон и просматриваю список контактов, нахожу ее. Она быстро отвечает на мой звонок, не здороваясь, сразу переходит к делу:

— Значит, ты все еще жива? — вместо приветствия говорит она.

— Почти, — смеюсь я.

— Рассказывай все. Как его тетя?

Я выплескиваю все подряд. О похожем на дворец особняке, о тете, которой кажется я понравилась, о кузинах, которых Роза мгновенно окрестила злыми сводными сестрами.

— Тот факт, что они кузины Алекса, а не его сводные сестры, тебя нисколько не смущает? — Со смехом интересуюсь я.