Я молчу. Если я скажу, что да к несчастью, то заплачу, а я не хочу плакать. Я также не хочу вести этот разговор в комнате, полной друзей Алекса, поэтому пытаюсь показать ему это своим взглядом. Не знаю, понял ли он, но, не отводя от меня взгляда, Алекс обращается ко всем присутствующим.
— Джентльмены, не могли бы вы оставить нас на минутку, — просит он.
Он говорит по-английски, и я знаю, что некоторые из его друзей почти не понимают английского, но несмотря на это все мужчины понимают смысл его слов, направившись на выход из комнаты. Вскоре в комнате остаемся только я и Алекс.
— В чем дело? — спрашивает он.
Я хочу заговорить, успокоить его, но у меня в горле такой ком, что только могу качать головой, хотя пытаюсь сказать, что новость хорошая.
— Синди, ты начинаешь меня нервировать, — говорит он, и внезапно его глаза наполняются глубокой печалью.
Я делаю глубокий вдох, с трудом сглатываю, и наконец выговариваю слова дрожащим голосом:
— Алекс, прости, что говорю тебе об этом сейчас, — начинаю я. — Я должна была сказать тебе раньше, но не сказала, а потом сказала себе, что расскажу позже, но я должна сказать тебе до того, как мы поженимся. Не знаю почему, но просто знаю, что должна.
— Значит, мы все-таки поженимся, — говорит он с облегчением.
— Да, — быстро отвечаю я. — Боже, да. Конечно, да. Я просто... Алекс, я беременна.
Секунду он просто смотрит на меня, будто я ничего такого не сказала, а потом его лицо расплывается в широченной улыбке. Это самая широкая улыбка, которую я когда-либо видела на его лице. А потом он начинает хохотать. В мгновение ока он сокращает расстояние между нами, обхватив меня руками, поднимает и кружит. Я тоже смеюсь. Моя фата летит за мной, кружится вокруг нас, окутывая.
— Алекс, — шепчу я ему на ухо.
— Что? — шепчет он в ответ.
— Ты рад?
— Рад?! Я безумно, фантастически в экстазе рад, — говорит он.
Я чувствую огромное облегчение, и мне становится ясно, почему я думала подождать до окончания свадьбы, чтобы рассказать ему об этом, но не смогла дождаться. Я не была уверена, что он обрадуется. Мы никогда толком не заводили разговоров о детях.
— Но разве я все не испортила, примчавшись к тебе? Ты же не должен меня видеть, для тебя должно быть мое появление сюрпризом.
— О, Синди. Ты ничего не испортила. Ты пришла сюда, чтобы сказать мне, что я стану отцом, и я буду помнить это до самой смерти. Это... ну... другое. Настоящая Синди Форрестер, — говорит он, не в силах даже на секунду сдержать улыбку. — К тому же это лучший свадебный подарок, который мне подготовила.
Он опускает меня на ноги, распутав мою длинную фату, затем наклоняется, чтобы поцеловать, я резко отстраняюсь.
— Помада, — предупреждаю я со смехом. — Моя тушь от слез, наверное, и так уже растеклась под глазами.
— Растеклась? Ты выглядишь просто великолепно, — серьезно говорит он.
Он нежно целует меня в щеку. Я снова прижимаю его к себе и быстро отпускаю, прежде чем мое тело не захочет его отпустить.
— Мне пора, — говорю я. — Я должна выйти замуж меньше чем через пять минут, а мне нужно сначала привести себя в порядок.
— Да, иди. Ты же не хочешь, чтобы твой бедный жених ждал тебя у алтаря.
— О, Алекс, я не могу дождаться, когда стану миссис Оболенской.
— Встань в очередь. Я сам не могу дождаться, когда ты станешь моей женой, — поддразнивает он.
— Прекрати пререкаться. Мы еще не женаты, — бросаю я через плечо, торопясь к двери.
— Я люблю тебя, — кричит Алекс.
Уже в коридоре, я кричу ему в ответ, что тоже люблю его, улыбаясь про себя, услышав общий вздох облегчения от друзей жениха, столпившихся в коридоре, пока я начинаю нестись обратно в свою комнату.
Я подумываю не поправлять макияж, но решаю все же подправить. Я — невеста. По традиции я всегда опаздываю. И кроме того, я планирую единственный раз выйти замуж, поэтому не хочу выглядеть ужасно.
Я спешу обратно в свою комнату, но на этот раз я не бегу, а парю по воздуху. Когда я подхожу к двери, где меня поджидают Роза, Стар и Рэйвен, слышу одну из моих любимых песен. Улыбаюсь про себя.
Да, это хороший день для настоящей свадьбы.
Очень хороший день.
Эпилог
Алекс
Восемь месяцев спустя