— Я здесь, чтобы увидеть твоего босса. И прежде чем ты спросишь, назначена ли у меня с ним гребаная встреча, то — нет, и мне не нужно ее назначать. Назови ему мое имя. Он захочет увидеть меня.

Пожилой консьерж опустил взгляд, глядя через полумесяцы очков.

— Я знаю кто вы. И он сказал, чтобы вас впустили, когда вы приедете.

Я не проявил ни признака шока. Это было бы слабостью с моей стороны; я не был слаб в тот момент. Я был готов.

— Веди, — повернулся, чтобы идти, я.

Человек протянул мне ключ-карту и указал на лифт, подготовленный для подъема в пентхаус.

— Будьте нашим гостем. Мне сказали, чтобы я не мешал вашей встрече. — Он усмехнулся, и мои пальцы дрогнули от желания ударить его.

Фредерик пришел ему на спасение, дернув меня за руку.

— Отлично. Мы едем наверх. — Он выдернул ключ-карту из моей хватки, таща меня к лифту. — Подожди, пока мы не окажемся за закрытыми дверями, прежде чем сходить с ума, Кью.

Я дернул головой в знак подтверждения и последовал за ним в лифт. Двери начали закрываться, и Франко появился из ниоткуда, запрыгивая рядом с нами.

— Все чисто, насколько мы можем полагать. Я предполагаю, что он укрепил свой пентхаус. Я рекомендую подождать, пока группа Альфа нас догонит.

Им повезло, что я не разнес это гребаное здание голыми руками. Подождать дольше? Ни за что, мать его.

Я не стал отвечать, пока лифт несся вверх. Я полез в нагрудный карман и вытащил пистолет.

Фредерик посмотрел на меня с опаской, но затем последовал моему примеру. Франко вытащил два пистолета из кобуры под пиджаком. Мы кивнули друг другу и стали смотреть на двери, ожидая того момента, когда они будут открываться.

Три щелчка, ознаменовавшие снятие пистолетов с предохранителя, помогли успокоить меня на мгновение.

«Осталось ждать недолго. Держись, Тесс».

Тихий звук прибытия лифта заставил каждую мышцу в моем теле вибрировать от напряженного состояния. Я был собран, вооружен и чертовски готов начать нехилую бойню.

Двери заскользили, открываясь. Мы чуть присели и двинулись вперед.

— Я ожидал тебя двадцать четыре часа назад, Мерсер. Теряешь хватку, — усмехнулся Джеральд в тот момент, когда мы вошли в зал.

Я замер, борясь с желанием выпустить весь магазин пуль в него.

Пентхаус было в пятьсот квадратных футов чистого декаданса. Мало того, что я разработал план всего этажа с двухместными номерами люкс, но еще нанял дизайнера интерьера, который знал ценность хорошего освещения, тонких нюансов тонов стен, а также разработал обои.

Это был прекрасный дворец, запятнанный гребаной помойной крысой, которая жила там.

Джеральд сидел в большом потрепанном кресле, держа в руках кубок с жидкостью. Его протез ноги от старого огнестрельного ранения, любезно организованного недовольным деловым партнером, неловко торчал в сторону.

Розовая кожа головы и тонкие светлые волосы не делали его лицо лучше, а также неприятные шрамы на щеках ничуть не помогали этому. Его нос был красный и большой, определявший его как пьяницу, а большой живот натягивал смешную разноцветную рубашку. От этого он выглядел готовым к могиле человеком с водянистыми глазами, но независимо от его болезненного вида, его контроль над своей империей был легендарным.

— Где она? — огрызнулся я.

Появился его сын. Мое сердце билось с тяжелой ненавистью, и я хотел стрелять в него снова и снова. Он был одет в такой же спортивный костюм, как когда напал на Тесс, только этот был ужасающе желтым. Его золотые зубы выглядели вульгарно, когда он улыбнулся и помахал деревянной тростью в моем направлении в знак приветствия.

— Я так и не получил шанса поблагодарить тебя за прощальный подарок, засранец. Твой пес вышвырнул меня, прежде чем я мог ответить любезностью. — Он указал на Франко. — Ты заплатишь за то, что вышвырнул меня, когда я, твою мать, был подстрелен. Только поэтому ты справился со мной тогда. Если бы моя нога не была в крови, я бы прикончил тебя в тот же миг.

Франко фыркнул.

— Это звучало не так круто, когда ты обмочился после того, как я ударил тебя. — Он наклонился вперед, сощурившись. — Как насчет того, что я ударю тебя снова, и ты сможешь поплакаться папочке?

Я с трудом сглотнул, чувствуя запах угрозы, витающий в предвестии насилия в комнате.